Когда-то в детстве, когда я поняла, что к чему, я мечтала, чтобы эта женщина смотрела на меня с таким же обожанием и любовью, как на свою любимую дочь — Эрелин. Я жаждала её внимания. Но время шло, и я всё отчётливее осознавала тщетность своих надежд.

Порой, когда я засыпала и закрывала глаза, уходила мысленно в своё воображение, где у меня есть семья, папа, мама и сестра… мы с сестрой играем, а потом нас вместе укладывают родители — целуют в лобик, желают добрых снов и говорят, что мы — их самые большие сокровища на свете.

Но всё это говорили не мне, а Эрелин. Мне доставалась лишь глухая ненависть от бессилия.

— Тебя пожалели и не убили, а ты… ты смеешь огрызаться, хотя в твоей жизни есть всё. Ты — свободна, сыта, одета… но всё время претендуешь на большее. Из-за тебя я и моя любимая девочка живём в постоянном страхе… Как же сильно я тебя ненавижу!

— Знаю, — отозвалась вновь с весельем. — И поэтому мне вас жаль. Эта ненависть вас когда-нибудь сожрёт.

— Или сожаление, — даже не пыталась иронизировать герцогиня и, подняв взгляд вверх, словно у самих небес спросила: — Ну почему мне не хватило мужества и отваги свернуть тебе шею ещё в люльке?

Вопрос был риторический.

Отвечать на него я не собиралась.

Мне иногда казалось, что так действительно было бы легче. Для них, для меня. Но о своей жизни я не жалела. Жизнь, какая бы она ни была, — это высший дар. Она одна-единственная, нужно ценить каждый миг. Я ещё не совсем это умела, но надеялась, что научусь.

В будущем. Я стану сильнее.

— Если бы не ваша схожесть, было бы легче. Но ты украла не только всеобщее спокойствие, но и её внешность!

— Я не крала, — заявила с вызовом и инстинктивно приготовилась отклониться, ожидая новой пощёчины, но герцогиня сдержалась, лишь сжала сильнее кулак.

— Это она кое-что украла у меня.

Мою магию…

Окружающие считали, что природа щедро одарила Эрелин не только красотой, но и магической силой — после восемнадцатилетия ей поступало несколько предложений весьма выгодного брака, но родители не торопились с выбором, отдали дочь в Раманскую академию магии… рассчитывали на брак с самим раманским принцем. И не прогадали.

Ей удалось пленить самого завидного холостяка Райвима!

Распространять и выставлять на всеобщее обозрение портреты королей и членов их семей запрещено, поэтому я не знала, как выглядит его высочество.

Но слухи о нём ходили: невероятной силы маг, способный открывать порталы из любой точки, красавец, сводивший с ума всех леди Рамании, а также искусный воин с телом бога. В пятнадцать он сбежал в военную академию, гонимый славой отца, чтобы не быть в его тени, и уже в восемнадцать окончил её с отличием."

"Но по слухам относился к этому так… играючи, словно к развлечению. Настоящей его страстью были даже не женщины, а магия.