— Не пойду! — вскипаю, как огненная лава над вулканом. — Живо объясните, в чём нас обвиняют?

Люди с интересом начинают на нас оглядываться.

— Марго! — хором одёргивают меня Фрол и Руслан.

Я нервно кусаю губы.

— Не кричи. Разберёмся, — улыбается мне Фрол. — Только не нервничай.

— Следуйте за мной, — повторяет полицейский, отсканировав меня глазами-щёлочками.

Нам ничего не остаётся, как понуро плестись за ним.

— Фролушка, — у меня слёзы на глазах. — Мы никуда не летим?

— Ну что ты, — обнимает он меня за талию. — Не волнуйся. Быстро подбери слёзки. Папа всё решит."

"Всей компанией вваливаемся в кабинет без окон похожий на пенал с бюджетным наполнением.

Кудлатая дама в форменной рубашке с погонами шлёпает пальцами-сосисками по клавиатуре и, близоруко щурясь, читает написанное.

— Привёл задержанных.

— Паспорта ваши, — сухо бросает дама, не отрывая взгляда от экрана.

— Российские? — уточняет Фрол.

— Да.

— Я не взяла, — шепчу ему, мысленно сжигая документ в камине.

— Тебе нужно было взять только себя и чемоданчик, — целует меня в макушку Фрол и достаёт наши бордовые книжечки. — Пожалуйста.

Меня прошибает пот.

Полицейский забирает их и кладёт перед дамой на стол. Она пролистывает оба документа и изрекает:

— Непорядок!

— Что не так? — снова взвиваюсь я, но Фрол сжимает моё плечо.

— Всё хорошо, малыш! — шепчет мне в затылок.

Дама кивает полицейскому, и он выкатывает из-за стеллажа два точно таких же чемодана, как у нас.

— В аэропорт утром доставили багаж на ваше имя. Признаёте эти вещи своими?

Сердце уходит в пятки. Чувствую себя радисткой Кэт из фильма про Штирлица. Что там? Радиопередатчик? Колумбийские дары? Законсервированные органы? Догадки одна страшнее другой всплывают в воображении.

— Да, это наши чемоданы, — вздыхает Фрол.

— Ты же даже не взглянул что в них! — хватаюсь я за голову и тут же вцепляюсь в меховой воротник кожанки Руслана. — Эй, адвокат от лукавого! Так и будешь молчать?

— Рита, не бузи! Всё будет хорошо! Выдохни! — он разворачивает меня лицом к вершителям правосудия.

Дама щёлкает мышкой, и принтер выплёвывает два листа.

— Задержанные, подпишите заявления, — она кладёт их на стол, и Фрол лезет в куртку за ручкой.

— Я ничего подписывать не буду! Что неправильного в моём паспорте? — топаю ногой.

— Неправильно что-то в вашей жизни, Маргарита Сергеевна! — Дама встаёт из-за стола и кладёт на соседний пустой стол чемодан с копией моей наклейки. — Как я понимаю это ваше?

— Я этого не говорила! — сбавляю обороты и добавляю по слогам. — В чём наша вина?

— Конкретно ваша? — Она открывает чемодан, достаёт оттуда белоснежную длинную тунику с жемчужным поясом и встряхивает её. — Как вы собрались лететь в медовый месяц, не заключив брак с господином Гориным?

На лице дамы расцветает улыбка.