Максимус вытягивается рядом и тянет меня за край футболки.

— Падай обратно, позагораем.

Я послушно ложусь рядом.

— Вчера читал про сосамбу. Скажу тебе, проще разобраться в сборке двигателя мотоцикла, — в этом весь Максимус. Для него ко всему должна быть чёткая инструкция.

— Борьба что ли такая? — вздыхаю я. Только немного к дзюдо привыкла, а моего оборотня опять куда-то несет.

— Борьба, — смеётся Максимус. — Целовашки- обнимашки хотел освоить. Чтобы со Светкой замутить по всем правилам.

На грудь мне будто бухается слон. Максимус включает игру на телефоне и гонит на любимом синем мотоцикле в виртуальную реальность.

Во мне сцепляются два зверя. Один требует встать и уйти с гордо поднятой головой, второй, с ликом коварной Джоконды, предлагает побороться за своё счастье.

— Всё просто, — произношу я волшебную для Максимуса фразу.

— Что просто, Маргош?

К моим щекам приливает кровь. Не без труда я вкладываю всю мыслимую и немыслимую беспечность в следующие слова:

— В технике поцелуя.

Мотоцикл на экране телефона врезается в ограждение, а Максимус, отшвырнув телефон, взирает на меня, как голодный абориген на Кука.

— Ты можешь… Меня научить? — приподнимается он на локте. — Не хочется облажаться в первый раз.

Ревность метает копьё в разум, а обида пронзает сердце.

— Как два пальца! — произношу я вторую волшебную фразу для Максимуса и снимаю очки.

Видела я поцелуи только в кино, и то всегда смущённо отводила глаза. Герои-любовники настоятельно умоляли своих возлюбленных расслабиться и закрыть глаза. Я решаю воспользоваться советом экранных гуру.

— Я сейчас просто закрою глаза, — теперь каждое слово даётся мне с трудом. — И у тебя всё сразу получится.

— Ты хочешь… — Максимус смущается не меньше меня. — Чтобы я это на тебе… Отработал технику.

— Да, представь, что мы на татами, — мои веки прикрыты. Однажды мне довелось побывать на операционном столе, и сейчас меня охватывает знакомое волнение.

Сначала я только ощущаю взгляд Максимуса на себе. Ещё доля секунды и сорвусь с места.

— А ты красивая. — Тепло его дыхания с ароматом арбузной жевки касается моего лица. Её он, судя по звуку, только что выплюнул.

Максимус касается меня губами. Сначала робко, потом смелее. Его влажная ладонь забирается ко мне под футболку и ложится на живот. Я точно лечу в пропасть, вверив свою жизнь и не только в руки другого человека. В висках пульсирует, уши закладывает, сердце бьёт бешенную чечётку, а разум выключает свет в голове и ложится спать.

— Мокро, вкусно, горячо, — первые слова Максимуса возвращают меня в реальность. Сытый взгляд его глаз скользит по мне с усмешкой. — А я и не думал, что ты такая горячая штучка. Где так целоваться научилась?

— На крыше, — растерянно говорю я, всё еще витая в облаках.