Алиса запомнила эту фразу и больше никогда ничего не просила. Было безумно обидно, не из-за денег, а то как мама разделила их семью — она с сыном, а Алиса не с ними. Игнат лишь пожал плечами и предложил “забить”.

А сейчас их семья оказалась на грани банкротства. Алиса узнала об этом так, как узнают жены, не вовремя вернувшись домой. Да, три дня назад она случайно подслушала разговор Игната с Киперманом. Они брали кредит, который нужно было скоро погашать, а теперь им самим не возвращали долг заказчики. А новых контрактов не было. Сумма была слишком значительной, чтобы быстро собрать ее по друзьям.

Поэтому Алиса сейчас поднималась по ступенькам делового центра, чтобы затем на лифте добраться до тринадцатого этажа и пройти по длинному коридору…

Колени дрожали, и чем ближе она подходила к двери с золотой табличкой, тем сильнее хотелось повернуть обратно. Вдруг он согласился встретиться только, чтобы унизить ее, посмеяться и отомстить. Алиса понятия не имела, каким стал Литвинов за эти четыре года. Ведь он оборвал контакты не только с ней, со всеми, с кем когда-то общался.

Мельком глянув в стеклянную дверь, Алиса замерла, придирчиво разглядывая свои отражение. Как же она располнела с тех времен, когда еще была замужем за Германом! Сейчас она была почти в том же весе, как и в начале своего первого брака. Но тут, конечно, уже ничего не сделаешь. Такая как есть. И у нее не свидание с бывшем мужем, а деловой разговор.

Секретарь в кабинете с нескрываемым любопытством оглядела Алису со всех сторон. А потом набрала своему шефу. Алиса не успела даже присесть.

— Проходите, пожалуйста!

Она дернула на себя тяжелую дверь и зашла.

Он стоял у окна, обернулся на стук ее каблуков..

“Как же ты изменился!” — чуть было не вымолвила вслух Алиса.

Литвинов похудел, под кожей, казалось, не было и грамма жира, одни мышцы. Лицо заострилось и чуть вытянулось, на лбу и около глаз едва заметные морщинки. Но главное, конечно, взгляд. Незнакомый. Перед Алисой стоял тридцатилетний мужчина, мало похожий на ее бывшего мужа. Вроде бы и он, но не он.

Они молча разглядывали друг друга почти с минуту, потом Герман улыбнулся и раскрыл объятия.

— Ну здравствуй!

Такого приема она не ожидала. И сделала шаг вперед. Они неловко обнялись, едва коснувшись друга. Но этого хватило, чтобы смутиться и обрадоваться. Они не враги, не два разбитых сердца. Они старые знакомые, которым есть, что вспомнить. Так, по крайней мере, ощущала себя Алиса."

"— Спасибо, что нашел время встретиться, — ей с трудом удалось скрыть волнение в голосе.

— Ну как я мог отказать самой красивой девочке на свете, — прозвучало в ответ.

Алиса вскинула голову и испытующе посмотрела на Литвинова, но не увидела в его глазах ни намека на насмешку. — Присаживайся.