— Вы не поняли, Никита Егорович, — священнослужитель стоял посреди кабинета, как изваяние из черного камня, и не думал уходить. — Если не помочь человеку, беда может приключиться.

— Мы не собес и не профсоюз, пусть обратится куда надо, там помогут.

— А как фамилию у человека этого? — спросил я больше из вежливости. — У Евгения этого?

Уточнил, чтобы они перестали ходить по кругу.

— Так Сапожников он в миру. Евгений Савельевич.

— Как — Сапожников? — вскочил Горохов. — И ты молчал?!

— А вы мне не тыкайте, мы с вами вместе свечи не лили и кадило не заправляли.

— Простите, отец….

Э-э-э… Арсений, кажется, — вся неприязнь у Горохова улетучилась, как утренняя дымка в полдень. — Вы присаживайтесь. В ногах правды нет. Скажите, я правильно вас понял? Вы знаете, где сейчас находится гражданин Сапожников?

— Конечно, знаю, — батюшка, усевшись на стул, кивнул с хитрым прищуром. — В храме он у меня. От милиции прячется

— Твою дивизию! — воскликнул Горохов и тут же виновато посмотрел на гостя. — Это я не на вас ругнулся, простите.

— Отец наш простит, — кивнул тот. — У него прощения молите.

— Адрес храма какой? — Горохов вытянулся в струну, как охотничья собака перед близкой добычей.

— Известно какой… Храм преподобного Серафима Саровского.

— Замечательно, а адрес-то у него есть все-таки? — шеф от нетерпения кусал губы.

— Так нет там улиц. Но все в Цыпинске знают, где храм находится. На месте древнего Капища на окраине города.

— Ясно, скажите, дорогой батюшка, где там Сапожников засел? Он точно сейчас там?

— Был, когда я уходил.

— А где именно?

— Богаделен и причтовых домов не имеем. Так что разместил я его в прямо в келье.

— Дорогу покажете?"

"— Что же вас так вдруг заинтересовало чадо божье? Ведь вы очень заняты?

— В розыске он, батюшка, за тяжкое преступление.

— Не зря я к вам пришел, — искренне вздохнул отец Арсений, бросив ерничанье. — Говорил я ему исповедаться. Не захотел. Вот тогда бы я вам про него не смог рассказать.

— Спасибо, что пришли, — ликовал Горохов. — Выполнили свой гражданский долг, так сказать.

— Это перед Отцом нашим я долг исполняю. Евгений, когда ко мне пришел, глядел будто зверь загнанный. Чую, беда грядет. Порешить людей он грозится, которые его преследуют. Твердит одно и то же, что в тюрьму снова не пойдет.

Лучше, говорит, умру — и на тот свет обидчиков прихвачу. Неправильно это. Спасать его душу надо, а мои наставления он не слушает. Не то, что раньше.

— Не беспокойтесь, отец Арсений, — зловеще улыбнулся Горохов. — Мы его спасем. По полной спасем…

Шеф повернулся ко мне и к Погодину:

— Пистолеты из сейфа возьмите. Едем.

— Может, подмогу запросим? — Погодин нервно крутил пуговицу на рубашке и хлопал глазами.

Очевидно, картинки на стене дома тринадцать по улице Заречная его здорово впечатлили.