Тема такая…

***

Каждый модник в Новоульяновске знал, где прикупить заграничные джинсы и кроссовки. По заоблачной цене, конечно, но все же. Площадь Механизаторов возле драмтеатра."

"Это скверик, пронизанный аллеями, усыпанный клумбами и с пафосным фонтаном в центре. Кроме мамочек с колясками и киосков с мороженым здесь всегда кучковались беззаботные стайки студентов с гитарами и бидончиком пива. Среди них затесались группы молодых парней, одетых по моде, но возраста далеко уже не студенческого. Бегунки-фарцовщики. Низшая каста подпольного бизнеса. Хотя у нас ведь не столица, где целая цепочка выстроена.

И, скорее всего, эти самые бегунки работали сами на себя, а не как на Московских точках.

Это там, в белокаменной, царила строгая иерархия фарцы. Пищевая цепочка четко прослеживалась на примере гостиницы “Интурист”, где, начиная от горничной и заканчивая дирекцией, все было завязано на подпольный бизнес. На должности туда абы кого не брали. Только своих – и то за взнос.

Получить работу горничной в “Интуристе” стоило аж тыщу рублей, официанта – полторы, дежурного по этажу – двушка. Горничные срубали мелочевку, обменивая на алкоголь (особенно в ходу был армянский коньяк) у иностранцев галстуки, ремни и прочие аксессуары.

Потом сдавали товар по иерархии, старшей горничной, та – дежурному по этажу и так далее. Каждый получал вознаграждение в рублях. Чем выше “должность”, тем крупнее барыш и и тем солиднее обмен. В ход уже шли не галстуки и “шнурки”, а плащи, пальто и чемоданы из крокодила Гены.

Но в Новоульяновске, в основном, специализировались на джинсах. Страждущим их продавали за две-три сотки. В эту-то обитель зарождающегося предпринимательства мы с Быковым и направились.

Я опытным глазом сразу вычислил нужный контингент, что сидел на лавочке возле выдававших из беззубых ртов фонтаны воды бронзовых карпов.

Четверо парней соответствующей наружности (по виду, как из журнала “Крокодил”, где почти в каждом номере осмеивали патлатых, хипповского вида молодых людей с заплатами на джинсах) гоготали на лавочке. По-гусарски посвистывали проходящим мимо девушкам, курили ""Мальборо"" и умело плевали в фонтан.

Мы подошли с Быковым ближе. Один из “мажоров”, одетый в пиджак цвета престарелой вишни (явно опередил по моде девяностые), в брюки, зауженные до фасона моего времени, ржал больше всех.

Даже умудрился ущипнуть за попу зазевавшуюся комсомолку, что, понадеявшись на сознательность советских граждан в общественном месте, прошла слишком близко от наглой компании.

– Это же барыги, – недоумевал Быков. – На хрена они нам сдались?

– Увидишь, Тох, – ответил я. - Сейчас только проверим, точно ли это они, а не туристы из столицы развеяться приехали.

– Парни, – окликнул я их.