— Может, и передумали, а может, «Москвич» твой срисовали. Говорил же, надо на соседней улице было лучше встать, а сюда дозорного в кусты выставить.

— Ага, а дозорным кого? Меня? Чтобы комары сожрали?

— Поочерёдно бы дежурили.

— Слушай, Андрюха, а может, они днем придут?

— Вряд ли, сейчас дачный сезон в разгаре. Народу здесь, как в городе. Ночью они должны прийти, пока дачники и сам Тишкин мирно спят.

Свет в окнах директорской дачи не горел. Лишь одинокая лампочка на веранде мерцала маяком для мотыльков и букашек, бившихся о ее свет.

Мимо прошел пошатывающийся хмырь.

Ноги заплетаются, грудь нараспашку, кепка набекрень. Все, как и полагается ночному гуляке.

Увидев наш «Москвич», мужик остановился и почесал пузо. Плюнул и неверной походкой направился к нам.

— Ядрен-пистон! — прошипел Жмых, сползая вниз по сиденью. — Этому-то что надо? Как он нас вообще разглядел?

— Да сиди уже, — хмыкнул я. — Все равно он нас уже заметил.

Пьянчуга приблизился и постучал в переднее окошко, со стороны Васи.

Тот опустил стекло:

— Чо надо?

— Шоклада, — притопнул гуляка, будто пританцовывая.

 — Мужики, эт самое… Сигареткой угостите. У меня праздник сегодня.

— Оно и видно, — скривился Вася. — Алкаш.

— Ну, правда праздник, мужики! Днюха… Вот из гостей иду. Так что на счет сигаретки?

Я сидел на заднем сиденье и морду алкаша не видел. Вася протянул ему «Космос», чтобы побыстрей отвязался.

— Благодарствую, гражданин… — алкаш сделал паузу. — Всего доброго, а меня с днем рождения!

— Вали уже, — отмахнулся Вася.

Мужик скрылся за поворотом. Машина наша стояла метрах в пятидесяти от нужного дома, в закутке под березкой.

— Не спится же людям, — проворчал Вася. — Как он вообще нас разглядел в такую темень? Правду говорят, что пьяный всегда выпить и закурить найдет. Нюх у них на халяву хорошо заточен.

Я задумался, а потом спросил:

— Ты перегар от него почувствовал?

— Чего?

— Запах спирта или выпивки? Что-нибудь.

— Да я вроде не принюхивался, а что?

— Если от такого запах есть — принюхиваться не надо, все равно почуешь. Так был запах или нет?

— Нет вроде.

— Не алкаш это, Вася, а лазутчик.

Днюху в гостях не справляют, и в машине он нас не мог так просто увидеть, не приглядываясь. У нас окна газетами заложены. А на ногах у него знаешь что? Кроссовки. Не носят дачники кроссовки. Калоши, сандалии или стоптанные ботинки, в лучшем случае. И курил он как-то не в затяг. Будто баловался.

— Ага, — кивнул Вася, — а сам кашлял, будто козью ножку смолит. А это ж всего лишь «Космос». И сказал: спасибо, гражданин и тут же, запнулся, будто хотел сказать «гражданин начальник». Е-мое.