Четвертым хлестнул по ему по рукам, которыми он вязал мою ногу. Дюша вскрикнул и выпустил мое бедро. Я ударил вновь, но он поймал кольцо и с силой дернул наручники. Я не отпускал. Он вскочил на ноги и рванул еще. Я отпустил свое кольцо, одновременно вставая, и тут же вдогонку выкинул удар кулаком. Попал между глаз.

Противник потерял равновесие и завалился на спину. Отшвырнул к чёрту наручники, пытаясь хотя бы встать на ноги. Но моя нога оказалась быстрее его потуг. Стопа по дуге припечатала прямо в челюсть. Бам! Голова Пичугина дернулась и откинулась в сторону, выплюнув в противоположную сторону пару зубов. Сам он распластался на траве. Не давая опомниться, я навалился сверху, прижав его локтем и коленом к земле, и сразу пробил короткий удар свободной рукой в челюсть. Бам! Вот теперь Дюша обмяк. Не шевелится… Вырубился, гад!

Главное, нельзя его убивать. Он еще не рассказал мне про Свету. Я ещё раз внимательно посмотрел на поверженную фигуру Пичугина.

Лежал, распростертый на земле, раскинув руки, словно морская звезда. Я с трудом поднялся. Тяжело дыша, сплюнул кровь и пошел шарить в траве в поисках наручников — куда он их отшвырнул?

Любопытная луна, наконец, решилась выглянуть из-за облачка и помогла мне найти браслеты. Высветила тусклую сталь бледным светом. Вот они, в травке укрылись…

Я поднял их с земли, когда сзади послышалось шевеление. Твою мать! Резко распрямился и повернулся. Дюша, пошатываясь и опираясь на руки, встал на колени и, похоже, пытался подняться. Что-то мычал. Вместо морды кровавое месиво, руки трясутся, одежда изодрана, и сил у него встать уже не было, но он все равно не сдавался. Вот упёртый гад!

Бах! Бах! — выстрелы прогремели оглушительно и почти одновременно. Слились в канонаду, от которой заложило уши.

Я вздрогнул и инстинктивно пригнулся. Твою мать! Какого хрена происходит⁈

Но смотрел я не туда, откуда стреляли. Я смотрел на Пичугина — ничего важнее сейчас быть не могло.

На груди Дюши образовались две аккуратные дырочки. Они сочились темными струйками. Пичугин таращился на пробоины, опустив голову на грудь. Удивленно раскрыл рот, пытаясь что-то сказать, но так и завалился на спину с отвисшей челюстью. Он не шевелился и не издавал ни звука. Чуть поодаль на земле сидел Вася с пистолетом в руке. Он судорожно сжимал рукоятку, не отводя ствола от поверженного тела.

— На хрена⁈ — я подскочил к Жмыху и в сердцах залепил ему оплеуху, выхватив собственный ствол из его рук. — На хрена стрелял⁈ Придурок!

— Так он встал! — лопотал Вася. — Он напасть хотел! Я… Я тебя спас!

— Он на коленях стоял! — я подскочил к бездыханному Дюше и, схватив его за грудки, стал трясти.