Но в нашем положении излишняя разборчивость была ни к чему, а потому ни Дженнингсы, ни малышка Армель не высказали ни слова недовольства.

Свои вещи мы предпочли пока оставить в экипаже. Рут быстро отыскала деревянные ведра и отправила Кипа к колодцу за водой. А вот в качестве ветоши здесь можно было использовать любую ткань — хоть старые полотенца, хоть висевшие на окнах шторы, хоть потемневшее от времени постельное белье.

— Вы бы, мадемуазель, посидели пока в экипаже, — посоветовала мне Рут, — а то прогулялись бы куда-нибудь, пока мы тут приберемся. Негоже вам пыль глотать.

Но я понимала, что вчетвером мы куда быстрей наведем тут порядок, а потому, не слушая ее возражений, тоже взялась за тряпку.

Торговый зал с огромными витринами был нам пока без надобности, и в первую очередь мы принялись за комнаты, в которых нам предстояло спать. Одну из них — самую маленькую и без окна — Рут сразу определила брату, другую, в которой было крохотное окошко чуть не под самым потолком, оставила для себя. А самую светлую и просторную, с окном и широкой деревянной кроватью, должны были занять мы с Армель.

Я стала мыть окно, а девочку попросила смести пыль со стола, кровати и единственного стула, что тут был.

Но она за то время, что я натирала рамы с улицы, успела не только выполнить это задание, но еще и подмести полы. Правда, пыли в воздух она подняла немало, но она так старалась, что я не могла ее не похвалить.

Потом мы вдвоем обтерли всю мебель уже влажными тряпками, попросив Кипа вынести во двор старые, набитые сеном матрасы. Сено в них уже превратилось в труху, и спать на таких матрасах было уже нельзя. Рут сказала, что сами матрасы использовать еще вполне можно, нужно только выстирать их и набить свежим сеном.

— Я уже выгребла из печки в кухне золу, завязала ее в обрывок старого мешка и опустила в таз с водой, — делилась она своими успехами. — В этой воде я и постираю сейчас всё белье, что мы сочтем пригодным. День сегодня солнечный, и оно быстро высохнет во дворе. А вот сено придется купить.

Тут она вздохнула, и я прекрасно поняла почему. Прежде свежего сена у нас было сколько угодно, и нам и в голову не пришло бы за него платить. Но сейчас выбирать не приходилось, и она отправила Кипа в одно из городских предместий, где он за один медяк сторговал целый воз сена.

Еще одну медную монету пришлось заплатить за доставку этого сена на улицу Оружейников.

Рут занялась стиркой, и скоро все веревки на заднем дворе оказались завешаны совсем не новым, довольно темным, но уже чистым бельем. Да, шторам, полотенцам и скатертям нельзя было вернуть первоначальный вид, но мы всё еще могли их использовать.

Мы с Армель в это время принялись за большую кухню — помимо окна, мебели и пола, там требовалось отчистить еще и кухонную утварь.