– Если мы возвращаемся в Лондон, то, полагаю, нам необходимо поговорить…

– Зачем? – Джек взял ее руку и прижался губами к запястью. – Не хочу обсуждать это сейчас.

– Я тоже, но…

Он накрыл губы Софи своими, не позволив договорить. Ее руки обвили его шею, а Джек только этого и ждал. Он откинул одеяло, отчего по лицу Софи разлилась краска смущения, а затем перевернулся на спину, увлекая ее за собой.

Софи приподнялась на вытянутых руках, а Джек ухватил ее за бедра и крепко прижал к себе.

– Не время одеваться, – прошептал он.

– Я думала, ты встаешь с первыми лучами солнца, поскольку тебя ждет тысяча разных дел и обязанностей, – произнесла Софи, и кровь Джека забурлила в сладостном предвкушении.

– Вообще-то… – Он раздвинул ей ноги так, что она фактически оседлала его, касаясь своим горячим лоном его тугого естества. – … я действительно поднялся. Но я бы не назвал занятия любовью с тобой обязанностью.

Глаза Софи расширились, когда Джек продолжил приподнимать бедра. Проведя рукой по его груди, она скользнула ниже и коснулась рукой его восставшей плоти.

– Но что это, если не обязанность?

– Лучшая часть дня.

Оседлай меня, Софи.

Она залилась краской.

– Вот так? – Софи села и взялась за его плоть обеими руками.

Джек судорожно втянул носом воздух, чувствуя, как сознание медленно покидает его. Руки Софи были теплыми, и он понял, что развязка может наступить очень скоро. Только вот он хотел совсем не этого. Джек затаил дыхание, собрал волю в кулак, а потом открыл глаза.

Волосы Софи упали на грудь и плечи, и ему почудилось, будто в его постели находится волшебная нимфа из старинных сказок. Глаза Софи горели желанием, но мелькало в них и сомнение…

– Ты никогда так не делала? – Выступивший на щеках Софи румянец подсказал, что догадка Джека верна.

Он приподнялся на локтях. – Все просто, – хрипло произнес он. – Расставь колени… шире… вот так… и прими меня в себя… – Голос Джека сорвался, когда Софи последовала его инструкциям, находя нужное положение. Не удержавшись, он приподнял бедра.

Софи замерла, а потом медленно опустилась. И в то же мгновение у Джека перехватило дыхание.

– Вот так?

Глаза Джека вспыхнули жарким огнем при виде единения их тел.

Он не мог ее отпустить.

А Филипп пусть убирается ко всем чертям. Джек нуждался в этой женщине как в воздухе. Он упал на подушки, чтобы иметь возможность коснуться ее груди, живота, плеч, лица. Ему казалось, будто он никогда не насытится этими прикосновениями. И Софи тянулась им навстречу, ритмично двигая бедрами. Джеку не хотелось ее торопить, очень не хотелось… но он буквально кипел изнутри, не в силах сдерживаться. Джек раздвинул шелковистые завитки, покрывающие лоно Софи, и коснулся средоточия ее женственности.