Стихла она довольно быстро, и когда снова вышло солнце, яхту прибило к берегу. Мачта ее была сломана и лежала в воде. Волны едва не опрокинули яхту, и Стоува смыло за борт. Охваченный ужасом, герцог несколько раз нырял за другом, но все его усилия были напрасны. Слуги и герцогиня вынуждены были уложить его в постель. На следующий день у герцога начался сильный жар, а тело Стоува вынесло на берег недалеко от дома.

Лихорадке понадобилось всего четыре дня, чтобы забрать жизнь герцога. Доктора приходили несколько раз и пускали кровь, прежде чем сообщить, что больше ничем не могут помочь. В глубине души Джек подозревал, что горестные рыдания леди Стоув, потерявшей ребенка, заставили его отца желать себе смерти. «Я убил его, – снова и снова повторял герцог в бреду. – Я убил Стоува». В ночь перед смертью отец схватил Джека за руку и заставил поклясться, что он присмотрит за леди Стоув и ее дочерью. Лишенный присутствия духа и напуганный быстро ухудшавшимся состоянием отца, Джек дал клятву.

Но она не включала в себя обещание жениться на Люсинде. Джек прищурился и посмотрел на мать. Интересно, что она замышляет?"

"– Если бы он попросил меня пообещать жениться на Люсинде, которой на тот момент было всего одиннадцать лет, я бы отказался. Не только ради себя, но и ради Люсинды. Она заслуживает возможность выразить собственное мнение по этому поводу. Вы с леди Стоув решили, что я должен на ней жениться, верно?

– Для твоего же блага, – ничуть не смутившись, ответила герцогиня. – В последнее время ты точно с цепи сорвался. Твой отец пришел бы в ужас, узнав хотя бы половину из того, что ты сотворил за прошедший месяц. Послушай меня, женись на благопристойной юной леди, готовившей себя к роли герцогини, и этот брак снова сделает тебя самим собой.

– Самим собой, – с отвращением повторил Джек.

– Да. Ты же герцог, Линдевилл, и должен жить, как и подобает человеку твоего положения с уважаемой всеми герцогиней. Давно настала пора исполнить свой долг и обзавестись наследником.

Джек почти не слышал этого последнего заявления о долге. Его разум зацепился за одну фразу, произнесенную матерью. По ее словам, Люсинда была с детства уверена, что станет его женой. Господи! Неужели это правда? Если так, то он оказался в сложном положении. Джек никогда не упоминал при ней о женитьбе, а она не намекала, что ждет предложения. Но если Люсинда действительно верила в то, что они формально помолвлены, то он ничего не мог с этим поделать. Джек заботился о ней и ее матери, словно бы они были членами семьи. Если все в городе были уверены в том, что они с Люсиндой помолвлены… Если его собственная мать и леди Стоув рассказывали, что свадьба не за горами, в этом уже никто не усомнится.

И что еще хуже – Люсинда тоже может уверовать в это.