Мои глаза угрожающе смотрели на нее. Уверен, в полумраке она увидела в них все, что ей было нужно.

– Ты убил его или кто-то другой?

Я тяжело выдохнул. Ну и вопрос.

– Ты не отстанешь, да?

Аня покачала головой, смотря на меня с нетерпением получить ответы, которых она так ждёт.

– Он был тем, кто передал папку Максу. Она хранилась у меня, когда я собирал доказательства причастности твоего отца к убийству моего. Один из моих людей предал меня и выкрал ее из кабинета, передав этому ублюдку, а тот, в свою очередь, – Новиковым. Он был одним из тех, кто способствовал аресту твоего отца.

Я собирался сжечь ее, но не успел.

Аня завороженно смотрела на меня, ее глаза были широко раскрыты от шока.

– Так именно ты оборвал его жизнь или нет? – наконец спросила она.

– Я уже не помню, – честно признался я. – Предателей было слишком много. Может, и я, а, может, и нет.

Она опустила голову, и я увидел, как первая слеза скатилась вниз по ее щеке. Я провел по ней ладонью и поцеловал это место, ощущая на губах солоноватый вкус.

– Я просто вспомнила об отце, – с грустью прошептала она. – Мне так его не хватает.

Мои губы коснулись ее щеки, но в этот раз я не отстранился.

Я держал ее ближе к себе и гладил девушку по спине, даря ей утешение.

– Получается, так ты отомстил за него? – спросила она, шмыгнув носом.

– Поверь мне: все, причастные к этому, понесли заслуженное наказание.

Она отстранилась и внимательно посмотрела на меня.

– Под заслуженным наказанием ты подразумеваешь смерть?

Я напрягся, осознавая, как много уже сказал ей. На этом я должен прекратить допрос. Аня до сих пор не знала, что ее отец не умер от естественных причин. Савина отравили по заказу его лучшего друга.

Я не был уверен в том, что необходимо раскрывать ей эту тайну. Особенно ту, что я избавился от всех причастных к этой истории. Вплоть до представителей закона, которые были замешаны во всем этом. В ту ночь под пытками Новиков выдал мне все, кроме одного.

– Давай закроем эту тему? – попросил я.

Аня заерзала, сидя верхом на мне. Я предупреждающе сжал ее бедра, чтобы она не шевелилась, потому что мой член уже болезненно упирался в плавки. И даже ее вопросы не заставили его размякнуть.

– Мне просто интересно, скольких человек ты лишил жизни, – призналась она.

Я вздернул брови вверх. Она что издевалась надо мной?

– Я перестал вести счет еще в Сирии, – ответил я.

Аня задумалась.

– А когда ты впервые убил человека? – задала она свой следующий вопрос, явно ощущая свою власть над мои разумом, потому что я давал ей ответы слишком быстро.

Черт. Эта девушка сведет меня с ума когда-нибудь. И я отдаю себе отсчет в том, что полностью позволю ей это сделать.

– В тот день мне исполнилось восемнадцать, – сразу же ответил я.

– Это слишком рано. Даже для тебя.