Она меня узнает по голосу, что избавляет от лишних объяснений. Хорошо, что разошлись мы спокойно, без претензий и обид. Но сейчас только она мне может помочь. Прошу выяснить, разводилась ли официально Ирена Ямпольская с Денисом Загорским. Называю год, когда они поженились. Она перезванивает через полтора часа, за которые я чуть не свихнулся, и говорит, что брак был действительно расторгнут. После перезваниваю Плахе.

Тот отвечает сразу.

— Егор, ты можешь пробить по своим каналам, где сейчас обитает Денис Загорский: чем дышит, с кем общается, жена, дети, бизнес? И еще мне нужно найти человека.

Ребенка. Можешь?

— Про Загорского пробью. Думаешь, он?

— Не знаю, Егор. Но Катя была замужем за ним. Мало ли, вдруг бывшему муженьку захотелось отомстить за развод.

— А по поводу девочки, думаю, тебе лучше обратиться к кому-то, о ком никто не знает. Даже твоя Катя. Есть у тебя такие люди?

В этом Плаха прав. Чтобы не допустить утечки, Машку должен искать кто-то со стороны. И у меня есть такой человек. Я перезваниваю, назначаю встречу.

Она встречает меня в собственном кабинете — пожалуй, самое надежное место для ожидаемого разговора.

— Привет, куколка, — присаживаюсь в кресло напротив.

— Ну привет, — она улыбается, а в серо-голубых глазах роятся вопросы и тень восторга. — Шикарно выглядишь.

Я лишь хмыкаю в ответ. Шикарным мой помятый вид даже с натяжкой не назвать.

— Ты прав, выглядишь отвратительно, — фыркает она, откидываясь на спинку кресла и демонстрируя идеальное тело, упакованное в белоснежный брючный костюм. — Зачем пожаловал?

— Мне нужна твоя помощь.

— Серьезно? Тебе? Помощь? — она откровенно веселится. — С чего вдруг самому-самому Ямпольскому понадобилась помощь простых смертных?

— Потому что только ты можешь мне помочь, — и кладу на стол фотографию Машки.

Она подвигает снимок алым ноготком. На лице отражается удивление. — Ее зовут Маша Ярцева. Предположительно, ей двенадцать лет, но есть вероятность, что ее прячут под другим именем и возрастом. Лет восемь назад она принимала участие в выставке какой-то детской при педагогическом университете нашем. Художница.

— А что с этого будет мне? — и смотрит, слегка склонив голову набок.

— А что ты хочешь?

Она задумывается ненадолго, заправляет за ухо белую прядку, выпавшую из высокого хвоста.

А я уже знаю ее ответ.

— Предположим, тебя. Что скажешь? — изгибает тонкую бровь.

— Я согласен, — даже не раздумываю. — С этой минуты я весь твой.

ГЛАВА 4

Двадцать четыре года назад."

"Дождь льет как из ведра. Я спрыгиваю с троллейбуса, прибавляю шаг. Почти бегу. Вода ползет за шиворот. И залатанные штаны промокли насквозь. Холодно. Ненавижу дождь! И этот город ненавижу! Поскорее бы добраться до подвала и пожрать нормально. Спасибо Плахе, нормальный пацан оказался.