Я вымаливала его у неба каждую ночь. И он выжил. И нас разделяет всего несколько километров, уверенно сокращающихся под колесами Димкиной машины. И чем больше я приближаюсь к мужчине своей жизни, чем ближе наша встреча, тем сильнее я боюсь. Что не выдержу его забвения. Не выдержу разговоров о его первой жене и дочери. Не вынесу его боли, когда он узнает, что их нет в живых. Не переживу его чувств. И ревность улыбается страху, как старому приятелю, ноющей болью поселяется в висках.

— Еще долго? – спрашиваю осипшим голосом.

— Да тут пешком дойти быстрее, — он сбавляет скорость на повороте, кивает в сторону промелькнувшей тропки.

Сквозь кроны березок серебряным кругляшом блестит озеро. — Напрямик мимо озера минут десять идти, а по трассе еще минут двадцать колесить.

Напрямик? Пешком? То, что надо сейчас, чтобы привести в порядок растрепанные чувства.

— Останови, — требую излишне резко. Дима смотрит подозрительно.

— Тебе плохо? — в голосе беспокойство."

"О да, мне плохо. Мне нереально плохо. Так, что аж наизнанку выворачивает. Но я лишь киваю в ответ. Дима сворачивает на обочину, тормозит.

Я выскакиваю из машины, глубоко дыша.

Ищу взглядом скрывшееся за поворотом озеро. Перевожу взгляд на встревоженного Диму, замершего у капота. И в его взгляде читается понимание ситуации.

— Это как минимум глупо, — фыркает он, видимо прочитав в моем взгляде мое решение идти пешком.

— А как максимум?

— Как максимум – это полный идиотизм. Алиса, я не могу отпустить тебя одну в лес. Ты заблудишься.

— У меня навигатор есть, — достаю из кармана свой телефон. — К тому же, ты сам сказал, что мимо озера всего десять минут идти. Мне надо, понимаешь? Я по тропинке. А ты пока как-нибудь подготовишь Марка.

Я не заблужусь, Дима.

— Надо было дать Самураю тебя везти, — усмехается он. А я лишь качаю головой. Крис бы не отпустил и так всю неделю сам не свой ходил, когда узнал. Рвался в туже ночь лететь к Марку, но Дима не говорил, где он. И Крис от каждого нового его отказа темнел лицом. Я опасалась, что он, как минимум, набьет морду Диме. Но обошлось. А вот со мной пошел бы, но черта с два даже из машины выпустил бы. Поэтому я наотрез отказалась, чтобы Корфы ехали со мной. Я должна была сама встретиться с Марком. Сама все ему рассказать. Сама пережить заново прежнюю боль, которая, казалось, давно зарубцевалась.

Теперь же вновь давала о себе знать, распарывая старые шрамы.

— Но у меня одно условие, — хмурится Дима, недовольный собственным решением. — Ты сразу мне позвонишь. При малейшем шорохе или если встретишь хоть кого-то. Сразу. Поняла?

Киваю.

— И никуда не сходи с тропы. Она нигде не сворачивает и выведет тебя прямо к дому. И телефон не выключай. Здесь связь отличная.

Он провожает меня до тропинки и, когда его джип теряется из виду, сразу же звонит.