И… постараюсь привлечь тебя, если мы выйдем на «Орден Разочарования» и будем планировать их захват. Ты ведь хочешь этого?

— Странный вопрос, — усмехнулся я.

Ведь то, что этот «Орден…» желает моей смерти, я слышал лишь от Лизы. Сами терорюги за моей головой до сих пор не приходили. Может быть, их желание поквитаться со мной и вовсе плод чьей-то фантазией?

А если так, то с чего бы мне хотеть их убить?

Что же до Лизы… Я чувствую, что её раздирают противоречия. Служебный долг? Личное? Долги разным сторонам?

— Ты мне не веришь, да? — нахмурилась она.

 — Я дала повод в себе сомневаться?

Я поднялся и наклонился над столом, приблизившись к её лицу.

— Безоговорочно верю я, Лиза, только своим друзьям и близким. Ты же выстраивала наши отношения не как дружеские, а как рабочие. А среди рабочих партнёров иногда случается, что один пытается другого внаглую использовать.

— Но я… — начала было она, однако замолчала, изумлённо округлив глаза, когда я плюхнулся обратно на свой стул, параллельно с этим схватив последний кусочек пиццы и закинув его в рот. — Я хотела его съесть…

Проговорила это Лиза настолько жалобно, что мне бы стало её даже жалко, не знай я, какая она прекрасная актриса.

* * *Я сидел на крыше внедорожника, растворившись в мире.

После вчерашней беседы с Лизой я понял, что действовать нужно быстро. Ахмед быстро растрепал про своего куратора мне, значит, растреплет и спецслужбам.

ОКЖ и ВКЖ, выйдя на Лысого — потомственного дворянина Григория Зацепина, смогут гораздо более эффективно использовать этот источник информации. Организовать длительное наблюдение, навешать везде прослушку…"

"Сделать всё, что мне сейчас недоступно.

Даже если бы у меня было нужное оборудование — у меня нет времени. Не удивлюсь, если Ахмед уже им всё разболтал, и сейчас ВКЖ разрабатывает план дальнейших действий в отношении Зацепина.

Не хочется мне толкаться задницами со спецслужбами и на этом поле. Хватит с меня Лизы.

Так что в нынешних условиях мне не до тонкости исполнения. Будем работать топорно и надёжно.

Внедорожник выехал на шоссе. Ни спереди, ни сзади не было машин, а по обе стороны от дороги тянулась лесополоса.

«Фая-я-я-!!!», — мысленно закричал я, парадируя белобрысого музыканта из одной известной импортной группы.

«Не могу сказать, что меня радует это имя», — пробурчала в ответ зверюга, а в следующий миг правое переднее колесо внедорожника вспыхнуло и взорвалось.

Кубарем перекувыркнувшись и полетев с крыши внедорожника, я думал на отвлечённые темы.

До сих пор улыбаюсь, вспоминая весь спектр чувств зверюги, когда я сказал ей:

«Отныне ты будешь носить имя 'Фаина Максимовна».