Она обожгла меня гневным взглядом и выпалила:

— Дурак!

А потом не сдержалась и хлопнула мне ладошкой по груди. Я не стал защищаться, а лишь улыбнулся. Её реакция мне понравилась.

— Я не для того сюда с вещами пёрлась, чтобы сбегать! — твёрдо заявила она. А затем вздохнула и добавила спокойнее: — Но я не хотела бы, чтобы ты и твои люди сражались против солдат империи.

— Честно говоря, я тоже предпочёл бы это избежать, — в тон ей ответил я. — Империя дорога мне. Как минимум потому, что я в ней живу и в ней у меня появились друзья и близкие. Как минимум поэтому я желаю Империи лишь процветания.

Лиза одарила меня полуулыбкой и кивнула.

— Приятно слышать, — проговорила она, вернув себе привычное хладнокровие. — Раз ты так рассуждаешь, может быть, примешь моё предложение? Я всё ещё могу попытаться успеть выйти на связь с министром. Это поможет тебе, и… Почему ты улыбаешься? — вновь нахмурилась она. — Что смешного в моих словах? Я лишь пытаюсь помочь тебе, а заодно избежать бесполезной стычки! Что в этом смешного?

— Прости, — кивнул я, а затем вновь хмыкнул и произнёс: — Но твои слова звучат так, будто бы министр Имперской безопасности уже дал тебе карт-бланш на то, чтобы сделать меня бароном. А может быть, ты работаешь на него напрямую? Может быть, у тебя и его прямой телефон есть?

Лиза выдерживала мой пристальный взгляд секунд десять, после которых самую малость поджала губы и произнесла:

— А если и так, Максим? Это что-то меняет?

— Личная дворянка и капитан — протеже целого министра? — изобразил я удивление.

— Это ОКЖ, Максим, — как маленькому принялась объяснять она, — у тайных агентов много тайных связей. Так что говорю тебе прямо, министр сможет сделать тебя бароном уже сегодня, если ты согласишься.

— С чего бы такая щедрость? — хмыкнул я.

Она закатила глаза и тяжело вздохнула.

— Как же с тобой бывает сложно. А ты не забыл, кто твои родители и что они сделали для империи? Дело ячейки Парфеновых на личном контроле господина министра. Как и все, кто с ним связан. Все-таки в тот момент едва международный скандал не разразился. Если бы широкая общественность империи узнала, сколько наших соотечественников погибло в Англии…

Она покачала головой и снова вздохнула. Но затем подобралась и бодро продолжила:

— В общем, министр интересовался тобой, а ты к тому же ещё и своими действиями привлекаешь к себе повышенное внимание. Господин Министр считает тебя достойным награды.

— «Но»? — подтолкнул её я, когда она замолчала.

— Но, опираясь на твой психологический портрет, не хочет награду тебе навязывать.

— Ты хочешь сказать, никаких подводных камней? — улыбнулся я.