Её лицо закрывал противогаз, благодаря которому девушка сейчас была в сознании.

Она видела бой?

Я бросился к ней и помог подняться.

— Нужно… перезапустить… вентиляцию… — произнесла она по-английски и белыми пальцами вцепилась в ворот моей рубахи. — Очистить… воздух… можно…

Пусть она и говорила с трудом, её взгляд пылал.

— Где? — спросил я коротко.

Чтобы окончательно спасти всех пассажиров, включая и мою временную команду, мне пришлось пройти через два вагона, набрать на щитке код, который передала грудастая проводница, нажать пару кнопок, и…

Всё!

Ура!

Я быстро вернулся в свой вагон.

Девушка сидела на подлокотнике рядом с сиденьем, на котором с открытым ртом спал храпящий дед.

— Спасибо вам, — тихо проговорила проводница, глядя на меня сияющими глазами.

— Не за что, — улыбнулся я. А затем добавил: — Никому не расскажешь, что я понимаю по-английски?

— А? — удивлённо хлопнула она глазами.

— Это секрет, — проникновенно произнёс я и приложил указательный палец к защитной маске напротив рта.

— Эм… ладно, — ответила она.

— Цветочные братья не любят суету вокруг них, — проговорил я, указывая на свою заляпанную кровью рубаху.

 — Такое не про нас. Мы не хотим быть героями. Хотим просто счастливо и беззаботно жить, и делать счастливой и беззаботной жизнь тех, кто нас окружает. Так что про… — я не определённо повёл пальцев в воздухе, — про вот это вот всё, тоже, пожалуйста, не говори.

Она вновь широко распахнула глаза, да так, что стала похожа на антикварную куклу.

— Но как же… как всё объяснить? — нашлась с вопросом проводница.

— А чего объяснять? Всех покрошил герой, перед тем как вырубиться, — я указал на обладателя ветровой Метки, который сопел в проходе между сиденьями.

 — А подробностей ты не знаешь, так как под газом даже в противогазе плохо понимала, что происходит. А систему перезагрузила сама.

— Но… но…

— Так будет лучше для всех. Ты достойно сражалась и с честью выполнила свою работу, — произнёс я уверенно.

Сняв с себя защитную маску, я передал её опешившей проводнице и зашагал к своему месту.

Хорошо, что первый труп как раз валяется рядом. Можно списать на то, что меня и забрызгало его кровью.

Главное — на сиденье развалиться поубедительнее.

* * *— Что… это в самом деле я сделал? — изумлённо бормотал обладатель ветровой Метки, придя в себя.

Когда он очнулся, я ещё изображал спящего красавца. Хотя в вагоне уже суетились представители французских спецслужб.

Большегрудая проводница охотно давала им показания. И, слушая её речь, я думал лишь об одном.

Какой талант пропадает! Мало того, что внешность при ней, так она ещё и превосходная актриса.

В общем, меня она не выдала.

Поверили ли ей французские эсбэшники? Вряд ли.