Я не мог даже пошевелиться, понимая, что только что призвал потустороннюю тварь совершенно без пентаграмм и сложного ритуала вызова, явно перегнав программу обучения из второго камня.

Ещё у меня промелькнула мысль, что убить подобную тварь у меня уже не получится. Но она довольно урчала, затем мне показалось, что она почесалась лапкой, как кошка, и передала мне мысленное сообщение вроде того: «Зови ещё». После чего рассыпалась огненными искрами.

— Витя, чё у тебя там? — спросил Тагай. — Тут твой дед собрался второй армагеддец устраивать.

А я даже мысленно ещё не мог ничего ответить, но взял себя в руки и собрался.

— Останови деда, я скоро выберусь, — ответил я. — Только твоих малышей подберу.

После этих слов я увидел, как ко мне топают три небольших паучка. Пришлось присесть на корточки и поставить руку, чтобы они могли забраться на неё.

Глава 7

Императрица принимала своего дядю не так, как прежде, сидя на стуле с царственной осанкой и выпрямленной спиной, а полулёжа в специальном кресле. При этом выглядела она неважно: лицо её приобрело зеленоватый оттенок, щёки свисали, так сильно отекли, под глазами залегли тёмные круги. На весь кабинет разливался запах чая с корицей.

Светозаров поморщился, но сел напротив.

— Всё ли вами в порядке, Ваше Императорское Величество? — поинтересовался Иосиф Дмитриевич, внимательно глядя на свою племянницу.

— Да ничего не в порядке, — ответила императрица. — Тошнит от всех дел, спать хочу, очень устала. Да кто ж мне даст поспать? Дел невпроворот.

— Может, лекарям показаться? — предложил Светозаров.

— Да показалась уже, — пробурчала императрица, отворачиваясь от дяди.

— И что говорят? — Светозаров приподнял бровь. — Переутомление?

— Ещё какое! — Екатерина Алексеевна махнула рукой и едва не снесла чашку с чаем, которая дымилась на столике возле её правой руки.

Светозаров нахмурился. Он давно не видел свою племянницу в таком состоянии.

— Непроходящее, — проворчала императрица. — И срок этого переутомления — две-три недели.

— Может, тебе взять отдых? — совершенно искренне проговорил Иосиф Дмитриевич. — На воды съездить? Под Челябинском, кажется, есть места, которые очень хвалили.

— Съезжу, но позже, — ответила Екатерина Алексеевна, покосившись на дядю. Казалось, он не понял, о чём она говорит. — Пока, — добавила она, чтобы Светозаров, обычно всё схватывающий на лету, наконец вник в её слова, — врачи не рекомендуют мне дальние поездки.

— Да что с тобой такое? — проговорил Иосиф Дмитриевич.

— Наследника я ношу, — отрезала Екатерина Алексеевна, отвечая прямо. Ей это явно не нравилось."

"У её дяди глаза вдруг широко раскрылись, даже зрачки немного расширились.