Весь такой в сыпи, острых шипах, стрёмный, постоянно облизывающийся длинным языком и с очень-очень голодными глазами.

За моей спиной раздался голос Резвого.

— Нет, я если даже выпью перебродивших мочёных яблок столько, что мне будет плевать на всё, на эту женщину точно не полезу.

Мы не удержались от хохота, но круг разорвали, и кракозябра исчезла.

— Ты что, первого откликнувшегося что ли потянул? — уточнила Зара.

— Ну да, — ответил я. — Что, надо как-то по-другому?

— Ну конечно! Тебе же кобыла нужна? Вот ты и призывай демонического питомца, похожего на кобылу, а то что это такое? Я даже не помню, как этот подвид называется, но что-то очень и очень странное.

— Хорошо, я попробую, — сказал я.

И, потянувшись на нижний план во второй раз, я уже действовал более осмотрительно, пытаясь призвать и протянуть нить именно к тому, кого я хочу видеть. И на этот раз, кажется, всё удалось. По крайней мере, передо мной в пентаграмме стояла невероятно красивая лошадь.

Грива — просто чистый огонь. Чистопородная красотка с идеальным экстерьером. Мне показалось, что она даже мускулистее Резвого. Ещё таким взглядом нас окинула, мол: «Ну что, как вам? Хороша? Нехороша?»

А затем я понял, что нифига не хороша, а хорош. Вместо того чтобы призвать кобылу, я призвал отменного, невероятно красивого жеребца.

— Да уж, всем ты хорош, — проговорил Резвый. — Но ты не женщина, так что — нафиг, нафиг.

— А что вам нужно было? Женщину? Я могу измениться, — быстро ответил призванный конь.

— Не, не, не, — ответил на это Резвый и даже попятился. — Я уже тебя таким видел. У меня после этого гордость будет ущемлена в том случае, если у моей женщины яйца будут больше, чем у меня.

Пришлось отпустить и этого, хотя в какой-то момент меня так и подмывало его оставить себе.

На третий раз я уже полностью собрался, теперь отчётливо понимая, что и как нужно делать. Потянулся и призвал кобылицу — изящную, красивую, с танцующей манерой хода, застенчивыми глазами с подогнутыми ресницами, шелковистой золотисто-оранжевой гривой — всё просто идеально. К тому же она явно знала себе цену, оценивающе разглядывая нас.

Призвалась настолько блистательная красотка, что мы присвистнули все втроём — и Зара, и я, и Резвый.

Но вот дальше стало интереснее. Она первым делом оглядела Резвого и с вызовом спросила:

— Это вы меня для чего вызвали-то? К этому что ли, чахлику? — удивилась она.

— Это кто — Чахлик? Я — Чахлик? — не понял Резвый. — Да я, чтоб ты понимала, вообще на самом деле сильный, ловкий, умелый.

— Не, такой задохлик мне не нужен, — проговорила кобылица, и отвернулась к нему задницей. Причем настолько аппетитной, что конь даже сглотнул по человечки слюну, но тут же отвел взгляд.

— Слушайте, — Резвый обратился к нам, — давайте ещё кого-нибудь посмотрим.