Или не снах?..

Дамианис опускает бретельку ночной сорочки с плеча и продолжает меня целовать. Шумно сглатываю, когда он делает то же самое со второй.

— Зен… Не надо…

— Я хочу тебя, Даша.

Желание, словно вибрирующее в его голосе, проскальзывает в меня стрелой, которая спускается вдоль позвоночника. В следующую секунду Зен поднимает меня на руки и несет на диван в гостиную.

21 глава

Мой внутренний голос вопит остановиться и не ходить по краю, выгнать Дамианиса из номера, однако в крови пульсирует адреналин, который мгновенно заполняет тело приливом желания. Я отпускаю себя и доверяюсь Зену. Перестаю его отталкивать и обнимаю в ответ, подставляя себя настойчивым и жадным губам.

Давно ничего подобного не испытывала, даже в нашу первую близость с Егором. Боже, какой Егор?.. Нет его здесь. Только я и Дамианис. И мое огромное, неконтролируемое влечение к этому мужчине.

Рядом с Зеном стирается возраст, смущение — да все на свете. Остается только чистый экстаз от его ласк. Я обвиваю мощную шею руками, отвечая на его требовательные и жаркие поцелуи, а потом делаю то, что хотела все эти дни: расстегиваю пуговицы на его рубашке и кладу ладони на твердую грудь, спускаюсь к упругому животу. Ниже. Исследую и наслаждаюсь каждым участком его сильного тела. Эти живые и яркие эмоции наполняют меня неконтролируемой похотью. Или долгое отсутствие секса? Тот, о котором я ничего не помню, не в счет.

Зен твёрдый и внизу. Я трогаю его эрекцию, вожу по ней ладонью, испытывая недоумение, как могла совершенно ничего не запомнить о той ночи. Дьявольски темные глаза наблюдают за мной. Зен не двигается и сильно напряжен. Я не меньше. На миг даже кажется, что я сейчас отключусь. Но мне мешают это сделать. Дамианис стягивает с меня ночную и смотрит на мою грудь. Его взгляд, как из моего сна. Я собираюсь стыдливо прикрыться, но Зен тянется ко мне и целует шею, ключицы, его влажный язык — это особый вид экстаза.

Начинаю тихо постанывать, когда Дамианис подключает зубы. Впиваюсь пальцами в его плечи и веду ноготками по смуглой коже. Я такая мокрая внизу, ощущаю это даже через бельё. Действительно стираются все границы. Будто себе не принадлежу.

В прошлый раз было так же?

Дамианис берет мое лицо в руки. Опять пронизывает глазами, а потом спрашивает:

— Вообще ничего не помнишь о той ночи?

Отрицательно качаю головой.

— Последние ночи ты мне снился. Постоянно, — признаюсь я и развожу бедра шире.

За секунду до того, как Зен избавляется от остатков одежды и стягивает с меня трусы, в голове всплывает вопрос: «Что будет после этой ночи и того, как признаюсь, что я беременна»? Но все мысли стираются, когда Дамианис оказывается во мне и начинает двигаться.