Очень.

До пробуждения Лето мы с Кристофером работаем, а после я снова погружаюсь в заботы о девочке. Теперь разница очевидна. Маугли куда спокойнее, чем мои племянники. Ей нравится рисовать, лепить и вообще делать что-нибудь руками. Поразительно, как хорошо у нее развита мелкая моторика и как здорово она сочетает цвета в раскрасках, ровно закрашивая детали. Но вопрос, сколько ей лет, Маугли не отвечает. Возможно, она и не знает этого.

— Даша, — зовет из гостиной Кристофер. — Я закончил, собираюсь уходить. Закроешь за мной?

— Да, конечно.

Выхожу из спальни, где расположились мы с Лето, и иду его проводить. В этот момент в дверь кто-то стучит. Открываю ее и вижу перед собой Дамианиса. Наконец-то блудный папаша вернулся! А то я уже начала переживать.

Зен здоровается с Кристофером.

— Вы всё?

Я хоть и нечасто общаюсь с Дамианисом, но одного взгляда на него достаточно, чтобы понять: Зен очень устал и едва стоит на ногах.

— Да, мы закончили, — отчитывается Кристофер. — Я сейчас поеду в офис и все распечатаю. Завтра утром готовый проект будет лежать на столе у вашего секретаря.

— Спасибо, — благодарит Зен.

Кристофер скрывается в лифте, а Дамианис так и стоит на пороге, не торопясь заходить в номер. Неужели ждет приглашения?

— Я тебе сегодня два раза писала…

— Да, видел. Не мог ответить, возникли проблемы. Я войду?

— Проблемы с оформлением документов на Лето? — Отхожу в сторону, пропуская Зена.

— Лею. По документам она теперь Лея Дамианис. Лето оставлю как домашнее прозвище. Проблемы возникли по другому вопросу. Но я их уже практически решил.

— А я называю ее Маугли. Хотя сегодня она не напоминает дикого зверька. Пойдем, покажу тебе наши изменения.

— Как ты ее называешь? Маугли? — Зен приподнимает уголки губ.

— Маугли… Правда похожа?

— Есть немного, — продолжает улыбаться он.

— А что с ее родителями?

— Плохо, — мрачнеет Зен. — Нет у нее никого. Отец Леи проспался после попойки, осознал, что сделал, и вскрыл себе вены. Непонятно, как ему это удалось. Я так и не смог получить внятные объяснения от конвоира.

Становится не по себе от таких новостей. Я смотрю на Дамианиса, кусая губы. Весь день в голове крутятся тревожные мысли. Если сейчас их не озвучу, то потом пожалею, что промолчала.

— Ты ведь осознаешь, какая это ответственность, Зен? Лето живой человек, а не подобранный с улицы котенок или собака. Девочка вырастет и, вероятно, узнает правду… А Кира? Как она отнесется к «сестре»? Ты действительно все хорошо взвесил?

— Ты немного опоздала с вопросами и нравоучениями.

— А если впоследствии ты пожалеешь? Что будет с девочкой? Это ребенок, дети хотят ласки, любви и внимания…

— Все это Лея от меня получит, — чеканит Дамианис.