— Ну да, уже поздно, — громко хмыкает Альберт и тянется за сигаретами. — Ладно ты молчунья, но Ника-а, — качает он головой. — Не ожидал от нее такой подставы. Ведь ничего и никогда не держится, а тут вон сколько молчала…

— Это я ее попросила не говорить. Как подругу, а не как жену брата.

Альберт прищуривается:"

"— И сколько у вас таких секретов на двоих?

— Альберт, не переворачивай.

— Я просто переживаю за тебя. Кто отец? — продолжает он выпытывать информацию, делиться которой я не хочу.

— А если скажу, что его нет?

— Так не бывает.

— Долгая история.

— Я никуда не тороплюсь.

— А я не в настроении об этом говорить. Если хочешь, давай просто погуляем и о чем-нибудь другом пообщаемся. Но только не об этом. — Показываю на свой живот.

День и без того сложный. Предстоит как-то собраться с силами и съездить в эту чертову клинику, сделать тест. Потом дождаться результата. Благо к тому времени я уже буду на отдыхе, с Асей.

— Даш, я переживаю за тебя. Очень. На звонки отвечаешь через раз, теперь выясняется, что из бизнеса Егор тебя вывел, а отец твоего ребенка вообще какой-то иностранец. Он хоть адекватен или ждать, что начнет предъявлять права на младенца, тайком вывозить ребенка из страны, строить тебе козни?

— Не сгущай краски, — осаживаю брата.

— Даш, послушай…

— Я же попросила! Мне и так хватает переживаний. Обсуждать эту ситуацию можно сколько угодно, но она уже возникла.

Альберт собирается что-то сказать и я делаю то, что всегда его обезоруживало. Бросаюсь ему на шею и крепко обнимаю. Мы стоим так какое-то время, а потом идем к парку, думая каждый о своем.

— Мне контракт за границей предлагают, — вдруг огорошивает брат.

— Ника не говорила… — удивляюсь.

— Я ей пока и не сообщал. Тебе первой. Раз у тебя так складывается с работой и беременностью, может, с нами поедешь? Ты ведь долгое время после развода из-за нас никуда не уезжала?

Неожиданное предложение. Очень.

— Я подумаю, Альберт, — выдаю после долгой паузы. — Родить бы для начала, потом решу.

Мы гуляем почти час, вспоминаем о детстве и родителях. Выпив кофе у озера, направляемся обратно.

У подъезда долго стоим, обнявшись. Со стороны, наверное, можем показаться влюбленной парочкой.

У нас всегда были теплые отношения. Поначалу Ника ревновала, а потом смирилась, поняв, что это особая связь. Мы с братом многое пережили вместе и остались одни друг у друга. Даже спустя годы Альберт — самый дорогой для меня человек.

— Знаешь же, что всегда можешь на меня положиться? — напоминает он, почти дословно повторив слова Ники.

— А ты на меня.

Брат целует меня в макушку, разворачивается и идет к своей машине.

— Даже домой не зайдешь? — говорю ему вслед.

— В другой раз.

Может, это и к лучшему.