Так проходит почти два часа полета.

Мне не очень хорошо. Токсикоз доставляет много неудобств. Что только не пробовала за последнюю неделю, дабы облегчить свое состояние: и напульсники, и конфеты, и сухарики натощак. Ничего не помогает. Я уже на все готова, лишь бы прекратить эту бесконечную, изматывающую тошноту и жить полноценной жизнью. Насколько это возможно в моем положении.

Недавно, когда гуляла в парке и наблюдала за счастливыми парочками и родителями малышей, поймала себя на том, что мне обидно. Егор ведь не оставит Киру, я буду воспитывать ребенка одна.

Покосившись на Дамианиса, который сидит рядом и работает в ноутбуке, ощущаю неприятный укол в груди. Если бы Зен с дочерью не приехали полгода назад в Россию, все могло бы сложиться по-другому.

— Ты очень бледная, — замечает он, взглянув на меня. — Попросить стюардессу принести воды?

— Спасибо. Не стоит."

"Даже удивительно, что недавно я считала Дамианиса очень привлекательным мужчиной. Теперь из-за Киры, которая вскоре станет женой Егора, хочется отсесть от Зена в другой конец самолета. Жаль, нет свободных мест.

Надеюсь, Калиничев прилетит в следующем месяце, как и обещал. Не уверена, что смогу дольше скрывать свое положение. С каждой неделей это будет все сложнее.

Прикрыв глаза, глубоко дышу, но это ни капли не помогает. Тошнота не проходит. Напротив, добавляются слабость и головокружение.

Бабушка говорила, что у женщин в нашем роду нет проблем с деторождением. Очень на это надеюсь, потому что если я буду часто лежать в стационарах, то не смогу толком обеспечить себя и ребенка. За предстоящие месяцы нужно подготовить финансовую подушку безопасности. На всякий случай.

Оставшийся час я уже не нахожу себе места. Терплю до последнего, чтобы не сбежать в туалет. Знаю точно, стоит только начать, и тогда рвоту долго не остановить. Нужно как-то продержаться до посадки, а в номере приму горизонтальное положение.

— Хочешь, покажу предварительный макет, который скинули архитекторы? — предлагает Дамианис. — Если утвердим на общем собрании, то именно он отправится в работу.

Киваю. Зен поворачивает ноутбук. Я внимательно смотрю на экран.

— Неплохо, — выдаю вердикт.

— Это все, что ты можешь сказать?

Поднимаю голову, встречаясь с его заинтересованным взглядом.

— Неужели настолько идеально? Нет желания что-либо добавить или убрать? Совсем никаких деталей? Обычно ты въедлива, вникаешь во все мелочи.

Сейчас малость не до того, но Зен прав, кое-что я бы подправила. Возможно, на собрании выскажу свое «экспертное» мнение.

— Не уверена, что проголосую за этот макет. Я знаю ваш подход к работе, Зен.