— Стойте! Это ошибка! Вы меня спутали с моей сестрой! — отчаянно запротестовала я, предпринимая попытку оправдаться и вырваться, но демон уже подтолкнул меня в машину, заставив сесть, после чего с силой захлопнул дверцу.

Нервный смешок сорвался с губ. Я ощутила себя загнанной в клетку. Одного короткого взгляда, как мужчина, насупившись и хищно выпятив нижнюю челюсть, обходит автомобиль спереди, хватило, чтобы потянуться к ручке. Но Лика… Я замерла на полпути, испугавшаяся за жизнь сестры. Следовало разобраться, что ему от нее нужно. Лика не говорила, что должна ему что-то… И чем это может быть? Я вообще не предполагала, что она как-то связана с этим Демоном. Сестра, конечно, любительница горячих мужчин, но не настолько, чтобы нырять в когтистые загребущие лапы самого Барышева.

— Послушайте! Я могу доказать! У меня паспорт в сумочке есть! — пискнула я, когда мужчина уселся на водительское сидение и завел двигатель. Дернув за бегунок молнии, я принялась копаться в сумочке, где лежал паспорт. — Ну вот! Смотрите! Я — Ксения Кулешова. Анжела — моя сестра…

Мужчина впился хмурым взглядом в мой паспорт, а затем сощурился и цокнул языком.

— Тем хуже для тебя, Ксения Кулешова!

Тон голоса понизился, приобретая хрипотцу и бархатистость.

— Я буду кричать! — нахмурившись, предупредила я и попыталась открыть дверь, но та не поддавалась.

Видимо, сев в машину, Барышев сразу же заблокировал двери. Надежда на спасение таяла на глазах…

Сглотнув, я медленно повернула голову и опасливо взглянула на мужчину. Его фигура загораживала просвет между креслами, из-за чего мне казалось, что солнце вот-вот исчезнет за темнотой его расползающегося влияния.

— Ты ходила в клинику вместо своей сестры? Ну! Говори! — зарычал Демон, заставив меня покрыться волной мурашек.

— Я не… не…

Я задыхалась от давления, ненароком вспомнив тот день, когда Лика прибежала расстроенная и умоляла меня пойти вместо неё в медицинский центр, чтобы сдать анализы, потому что её новый «папик» хотел себе чуть ли не девственницу с идеальной микрофлорой, а у сестрицы хромало что-то незначительное. — Послушайте… — вновь заговорила я, совладав с эмоциями.

— Значит, это ты беременна от меня, — выдохнул Барышев, как мне показалось, с облегчением.

Шокированная его словами, я раскрыла рот. Это попросту не могло оказаться правдой!"

"— Стойте! Это какой-то бред! Я не беременна! — Губы своевольно растянулись в улыбке, а из горла рвались приступы смеха.

Что придумал себе этот человек?

Осознание стукнуло по вискам, заставляя сердце биться чаще, улыбка в мгновение спала.

Или всё-таки…?

У меня возникла задержка в полторы недели, но я не придала ей никакого значения, так как бывало, что цикл слегка сбивался из-за стресса и нервов.