Мало того, что у него бронированное тело, которое не пробьет калит, так у него ещё сильнейший магический покров и иммунитет к ментальной магии. А по словам ваших воинов, через реку прошли десятки инсектов.

— Ну если попасть в глаз, то можно убить, что мы и сделали.

— Конечно, если попадёшь в глаз с первой попытки, ну или с третьей, больше трех наконечников из калита баронство себе позволить не может, и то, это если оно достаточно богато.

— А ты про это, — отмахнулся я рукой, — калитом нас обеспечил кто-то из ваших высших магистров. Так что мы могли себе позволить пристреляться.

— Так вот, в ордене нас скорее всего сочли погибшими, как и вас. И мы больше не хотим туда возвращаться, как ты правильно сказал, там что-то прогнило, при чем не что-то, а всё. Высшие магистры решают свои проблемы за счет ордена, они ушли от заветов Чистого, и используют орден для личного обогащения. По поводу подземелья под баронской башней, я не знаю, кто из высших магистров может быть причастен к этому, но не потому, что я не могу кого-нибудь из них заподозрить в этом, дело в том, что я подозреваю каждого из них. Поэтому, Лео, — он встал, выпрямился, и начал официальным тоном, — я мастер паладин Крив, прошу вас, барон Леонид Сидэро, разрешить основать в вашем городе отделение Ордена Чистоты.

Я в это время пил компот, который после этих слов, попал не в то горло:

— Кхе, кхе, кхе, ну нельзя же так пугать. Ты что это серьезно?

— Да, барон, я уже назвал причины. Не хочу, чтобы я и мои люди, всю оставшуюся жизнь, тратили не на борьбу со скверной, а исполняли прихоти старых, зажравшихся маразматиков.

— Ты это. Присаживайся, давай по-простому, как раньше. Сейчас компотику навернем, поговорим о том о сём, — не знал я, как ему отказать, чтобы не сильно обидеть, — ты наверное не до конца понимаешь, что за люди у нас собрались, и как они оказались здесь?

— Да всё я понимаю, — устало выдохнув, сказал он, — Лео, нам некуда идти. Я знаю, что творилось в герцогстве Эстрелиан, и даже знаю того высшего магистра, который всё это затеял и для чего.

— И для чего же? — заинтересовался я.

— Деньги, — пожал он плечами.

— Фу, как банально.

— Да. Тем не менее, всё это было ради денег герцогства. Магистры сыграли на тщеславии молодого герцога, даже пообещали, что внесут его имя в летописи ордена, как самого мудрого правителя. А потом в казну ордена потек ручей из золота, герцог платил за услуги светителей чистоты огромные суммы, чтобы они очистили его земли от грязных, они же в свою очередь брали взятки, с грязных, за безопасность, с купцов, за помощь в устранении конкурентов.

— Ну и орден, — покачал я головой, — рэкет, шантаж, взятки, бандиты блин.

— На совете об этом говорили, как о добывании финансов на великие нужды ордена.