— Тебя послушать, так какие-то асигару-тэппо намного лучше самураев, что именно они решают исход каждого сражения! — раздраженно воскликнул Акэти Мицухидэ.

Он был смелым командиром и, как доказал, умеющим вовремя перебежать на сторону сильного, но на этом достоинства и заканчивались.

— У тебя есть предложение лучше? — спросил Ода Нобунага и после паузы сказал резко: — Тогда заткнись!

Замок Ёкояма был мысового типа и имел двухъярусную тэнсю. При желании мы могли бы захватить его в первый же день, точнее, ночью. Синоби незаметно взобрались бы на стены и подожгли тэнсю, после чего осталось бы только перебить разбегающихся защитников.

Мы не спешили сделать это. Более того, соорудив со стороны суши вал с частоколом из бамбука, мы даже не выставили ночью дозоры на другом берегу реки напротив замка, чтобы гонцы могли без проблем отнести Адзаи Нагамасе неприятную весть и доставить его ответ. Видимо, осажденным приказали держаться, ждать прихода помощи, иначе бы утром начали переговоры. Сейчас в Нихоне бытует мнение, что лучше быть предателем, чем мертвым самураем. «Бусидо» («Путь воина»), своеобразный кодекс чести, появится позже, когда прекратятся войны и можно будет понтоваться без риска для жизни.

Мы тем временем занимались подготовкой к сражению. На этот раз я предложил поставить асигару-тэппо, а их под моим командованием было почти три тысячи, не в центре, как обычно, а на фланге, между нашим лагерем, возле которого параллельно берегу реки выстроится армия, и замком Ёкояма. С одной стороны мы будем готовы ударить во фланг наступающей вражеской армии, а с другой — отразить вылазку осажденных, если таковая случится. Во время нашего отхода из провинции Этидзэн враги пару раз пытались атаковать стрелков не конницей, а пехотой, в первую очередь лучниками.

На наше счастье, в обоих случаях бросали в атаку небольшие силы, иначе результат мог оказаться неожиданным. Вдруг они сделали правильные выводы?! Поэтому мои подчиненные изготовили четыре линии заостренных, бамбуковых кольев, вкопанных в землю с наклоном в сторону врага, на случай конной атаки, и за ними палисады для защиты от пехоты. Асигару-яри я расположил на флангах. В горячке боя они иногда вставали с колена и получали пулю в спину.

Противник появился только в конце второго дня, когда подоспела армия под командованием Асакуры Кагэтаки, дяди даймё провинции Этидзэн. В сумерках они расположились на противоположном берегу реки Анэгава, широкой, но мелкой. Неугомонный Акэти Мицухидэ предложил напасть на врагов, большая часть которых сильно устала во время быстрого и продолжительного перехода.

— В защите мы сильнее, — отказался Ода Нобунага.

— Нас больше на треть, а конных самураев — раза в два! Мы мигом сомнем их! — пообещал Акэти Мицухидэ.