За обозом шли сотни две путников. Времена сейчас стрёмные, так что лучше путешествовать толпой.

Нужный нам человек вел на поводу свою лошадь коровьей масти в конце обоза. Неприметный мужичок лет тридцати пяти, явно не герой. Даже если бы рядом с его лошадью не шагал мой человек, я бы все равно понял, что именно он курьер. Обычный купец не стал бы так напрягаться и опускать глаза долу, завидев мой отряд. У него отняли лошадь, а самого взяли под руки и подвели ко мне. От страха бедолага побледнел и потерял дар речи, только пытался поклониться низко, но державшие его воины не давали оказать мне почтение в полной мере.

— Сам отдашь послание и расскажешь, что приказали передать на словах Асакуре Ёсикагэ, или начнем с пыток? — спросил я спокойно, ведь выбор делать не мне.

— Да, господин, да, да… — затараторил он, словно заклинило, и снова попытался отбить поклоны.

— Где послание? — задал я следующий вопрос.

— Там, — кивнул он на свою лошадь, — в бамбуковом пенале среди тканей.

Написано было на бумаге васи очень искусным каллиграфом.

Если опустить титулы и льстивые прилагательные в начале и конце, то даймё провинции Этидзэн предлагали присоединиться к уже битым нами Миёси.

— Что должен передать на словах? — строго спросил я.

Купец с трудом сглотнул слюну и затараторил:

— Что ведутся переговоры с монастырями Исиями-дзи и Эгояку-дзи и родами Китабатакэ, Такэда, Мори и Адзаи, которые положительно отнеслись к образованию коалиции против Оды Нобунаги, но ждут, когда кто-нибудь начнет первым.

"

"Мне показался странным перечень претендентов во враги моему даймё. Не сомневался, что сохэи Икко-икки и род Китабатакэ поддержат любую заварушку против него, но зачем это Мори, у которых хватает своих проблем с соседями, и Такэде Харунобу, который недавно был нашим союзником против рода Имагава, а в прошлом году мы помогли ему помириться с лепшим врагом Уэсуги Кэнсином, правителем провинции Этиго?! А уж род Адзаи, который возглавлял зять Оды Нобунаги, и вовсе не лез ни в какие ворота.

Впрочем, ситуация в Нихоне сейчас такая мерзкая, что я ничему не удивлюсь.

Я продиктовал ехавшему со мной писарю дополнение к письму, заготовленному еще вчера вечером после прогулки, после чего отдал его доверенному самураю, приставленному ко мне даймё именно для таких случаев, вместе с перехваченным посланием и курьером, чтобы доставил их в замок Гифу. Пусть Ода Нобунага сам решает этот ребус. Не грузись чужими проблемами, ибо свои узнают и набухнут от ревности.