Так что закрой ротик и сделай, как говорю.

Блин блинский. Взгляд упал на заветную хлопушку, которая лежала в углу на стуле. Ну, ладно. В конце концов, это только на время, всего на один вечер. Отчего-то я забыла простую истину: нет ничего более постоянного, чем временное.

Спустя несколько минут я, нелепо проковыляв на шпильках, грузно бухнулась на стул в малой студии. Косточка бюстгальтера не по размеру давила на рёбра. Обтягивающее розовое платье без конца ползло вверх, чем жутко бесило. В лицо ударил свет софита, тут же заслезились глаза, я закрылась ладонью и зажмурилась.

- Сорри, - сказал Матвей, добродушный пухляш-осветитель без возраста. Хлопнула дверь – съёмочная группа возвращалась с перерыва.

- О, вот это Барби из тебя сделали! – Рассмеялся Сёма Хворостов.

- И не узнать. – Подмигнул Антоша."

"Завидев вошедшую Ирину Викторовну, я проглотила грубость, так и рвавшуюся наружу. Струкова окинула меня придирчивым взглядом, затем сказала:

- Ну, вот, теперь похожа на человека. Значит, так, легенда такая. Ты студентка, обожаешь Макса, жить не можешь без его песен, надеешься, что пройдёшь дальше сегодня. Всё ясно?

Вместо ответа я активно закивала. Струкова нахмурилась:

- Спину выпрями, что с осанкой у тебя? Подбородок выше. Сёма, - это уже было не мне, - снимайте её с правой стороны, она у неё рабочая.

- Да, вижу, - кивнул Хворостов, двигая оборудование.

Щёлкнула хлопушка, и интервью началось. Мне задавали несложные вопросы, я на них отвечала. Пару раз Струкова останавливала интервью и делала обидные замечания касательно моих тусклых глаз и кислого вида «огонька добавь, что ты как рыба мороженая?», «ужас какой, Алина, даже я не верю, давай заново, и «отвечай не как унылая лань»! Под конец я чувствовала себя словно выжатый лимон, но эта пытка, наконец-то закончилась словами режиссёра:

- Слава богу, всё! Я бы сдохла снимать тебя весь сезон.

«Что? Можно подумать, мне было легко!» - подумала про себя, а вслух лишь улыбнулась, как дурочка и вежливо промолчала. Она режиссёр-небожитель, мой идеал, ей всё можно. Идеал обернулся и посмотрел на меня поверх стёкол очков:

- Ты ещё здесь? Иди к девочкам, сейчас Макс приедет, будете знакомиться. И, Алина, актриса из тебя никакая, но ты уж давай, расстарайся, сделай максимум. Надо, чтобы зритель поверил, что ты тут не просто мимо проходила. Не разочаруй меня, ладно?

- Да, конечно, Ирина Викторовна.

- Ну, всё, беги.

Алина, блин. Интересно, она нарочно это делает – зовёт меня неправильно, или правда не может запомнить? Эх, может, хотя бы к концу съёмок я всё-таки стану Ариной, а не Алиной? Еле шевеля ногами, вернулась в общий зал к девочкам. Когда я вошла, все разговоры разом стихли. Понятно, мне косточки перемывали. Подняла ладонь в успокаивающем жесте:

- Спокойно, девчонки.