Та подняла крышку не с первой попытки и расплакалась от облегчения: он оказался пуст. На очереди были мы с Катей. Наверное, при монтаже на этом моменте вставят наши напряжённые лица и барабанную дробь. Ну, дорогущие часики, где вы, идите к папочке!

Дрожа от радостного предвкушения, я открыла футляр.

Это что, шутка? Внутри моего футляра было пусто! А вот Катя побледнела и бросила растерянный взгляд на ведущего. Я вытянула шею, словно любопытный гусь, пытаясь заглянуть в её футляр, и едва не свалилась со стула.

- Катерина, - начал было Юрий Яблоков.

- Это ошибка! – Громко заявила я, пододвигая к себе Катин футляр с часами, а ей подсовывая свой. – Вы всё перепутали, придётся снимать заново!

Довольная, я принялась любоваться на сверкающие часики. Я настолько была уверена в том, что говорю, что даже Юрий Яблоков растерянно оглянулся на Струкову. Но Макс покачал головой и спокойно сказал:

- Никакой ошибки нет, Арина. Верни часы Катерине.

Старский кивнул Кате и протянул ей руку в приглашающем жесте. Девушка поднялась, комкая край платья. Я встала тоже и схватила подругу за руку:

- Но уйти должна я! Катя не хочет уходить, а я хочу!

Старский бросил на меня раздражённо-высокомерный взгляд и отчеканил:

- Решения здесь принимаю я.

- Так прими правильное! Проводи меня, а её оставь! – Я почти кричала от отчаяния, понимая, что сейчас происходит что-то неправильное.

Роза Королёва переглянулась с подружками и состроила гримасу. Лика Супер прикрыла ладонью глаза. Мила Дворянова осуждающе покачала головой. Но мне было плевать, что они думают.

Старский подошёл к нам и взял за руку Катю, а меня окатил холодом:

- Ты разочаровала меня, Арина. Но решений я не меняю. Мы прощаемся с Катериной.

Да что же это такое? Я не готова была сдаться так просто, и уже открыла было рот, чтобы попытаться его переубедить, но Катя сжала мою ладонь и прошептала:

- Арина, не надо. Прошу.

- Но… как же…

Никто и не думал останавливать съёмки. Сёма Хворостов крупным планом снимал наш с Катей разговор и борьбу, очевидно, отражавшуюся у меня на лице. В отчаянии я обернулась к Струковой, наплевав на видеокамеры. Ведь она обещала, обещала! Но Ирина Викторовна показала мне кулак и выразительным жестом застегнула свой рот, словно молнию на сумке."

"Красная и возмущённая, я смотрела, как Катя идёт с Максом на выход. Внутри разгорался пожар. Кулаки непроизвольно сжались. Ну, погодите у меня!

Едва дождалась окончания съёмок и, как была, в вечернем платье, влетела в аппаратную. Ирины Викторовны внутри не оказалось, и я набросилась на её помощницу:

- Это как ещё понимать? – Спросила у Риты Волковой, сверкая глазами.

Видеомонтажёры недоумённо оглянулись и поправили наушники.

- Что опять? – Рита явно решила притвориться дурочкой.