Дебильная фразочка, которая ни хрена не подходит! Какая мандаринка, придурок?! Разве она рыжая? Нет! Дебила кусок.

- Помнишь, с чего всё началось? А? Давайте вспомним вместе!

Старский обернулся и подал кому-то знак. На экран вывели видео, снятое на телефон Лики Супер. Арина в белой майке с пятном от соуса на груди, развалившись на диване, рассуждает о Максе:

«Попсятина какая-то низкопробная. Я такую фигню не слушаю. Мне больше рэпчик по душе, там тексты со смыслом, и под них катать клёво».

«Понятия не имею, как он выглядит. Если как очередной расфуфыренный женоподобный олень с бабскими серёжками в ушах, то это отстой, я на таких даже не смотрю».

По залу прокатился хохот. Макс развёл руками и обернулся к камерам:

- Вы бы смогли её не заметить? Я не смог! Правда, всё, о чём я мечтал – открутить маленькой нахалке башку, вот этими самыми руками! Думаете, она остановилась на этом? Нет! Она продолжила устраивать бардак и драки, но я уже заметил, сумел разглядеть в этой дикарке нежную ранимую девочку с чутким сердцем. День за днём я направлял её, объяснял, твёрдой рукой вёл через коварство и интриги реалити-шоу, пока не понял, что всё изменилось.

Теперь не я направляю её, а она меня. – Макс шагнул ближе и взял лицо Ариши в свои сраные мерзкие руки. - Аринка, мандаринка моя, если б не ты, я бы не выбрался с того острова. Я обязан тебе жизнью, так возьми и моё сердце!

А затем этот гад опустился на одно колено и протянул ей кольцо. Кольцо, твою мать!

- Арина, любовь моя, ты станешь моей женой?

- Да.

Твою. Мать. В поднявшемся вокруг шуме и улюлюканье я стоял, как вкопанный, не сводя с них остановившегося взгляда. Вот Макс надел ей на палец кольцо. Вот она радостно смеётся.

Вот он подхватывает её на руки и кружит."

"Играет музыка финальной песни, у них обоих в руках микрофоны.

Вот она смотрит на него так, как смотрела на меня. Только на меня. Гадство!

Всё застлало красной пеленой. Со всей дури вмазал в дверной косяк.

- Эй там, полегче, - подал голос бармен, пытаясь перекричать шум в зале.

Едва не снёс с петель дверь и выскочил наружу, пытаясь отдышаться. Прошёл по улице взад и вперёд, затем резко взревел, выплескивая голосом лютую ярость. Прохожие испуганно шарахнулись в стороны, я же пошёл быстрым шагом к машине.

Ничего.

Это не может быть правдой. Она не могла. Не могла. Это всего лишь очередная её тупая выходка. И она ответит за неё, клянусь!

Повернул в тихий двор, где была припаркована машина, и замер. Возле служебного входа пять человек в костюмах. Прищурился и узнал каждого: личная охрана Старского. Приблизился к ним и остановился, засунув руки в карманы.

Один из парней шагнул мне навстречу и сказал:

- Влад Дмитриевич, вам лучше уехать. Есть распоряжение сверху.

- От Зимина? – Выплюнул презрительно. – Я не подчиняюсь ему.