Тут половина потоков… вот даже не перепутана, а запутана нарочно. Словно издевательство какое-то.

Моё настроение резко испортилось, а Джур стал очень хмурым.

– Ладно, – буркнул он. – А что насчёт того, что подобные проклятия рассасываются сами? Сколько вре…

– Забудь, – перебил Лаки. – Это не рассосётся.

– Почему?

– Потому что в структуру вплетён тройной восходящий поток!

В общем, всё. Крах. Ужас, кошмар, катастрофа.

Я мысленно застонала, а Джур уточнил:

– Что за поток?

– Штука, которая не позволит проклятию сойти на нет. С течением времени оно, наоборот, будет усиливаться.

Лучше бы я этого не слышала.

– И всё-таки, где ты это подцепила? – Проклятийщик вновь обратился ко мне.

Где-где… Где подцепила, там есть ещё. Там все стенки сейфа опутаны разнообразной заразой.

Но вслух я, конечно, не сказала. Зато Джур задал самый важный в данной ситуации вопрос:

– Что делать?

Лаки пожал плечами.

– Я сейчас зарисую основные контуры, а потом пойду советоваться с парнями. Один я точно не справлюсь. Никак.

Мысль о привлечении других «специалистов» не нравилась никому, но куда деваться?

– Твои парни умеют держать язык за зубами? – резко наехал на старшекурсника Джур.

Тот фыркнул. В его картине мира силы были неравны, ведь он полноценный маг, а мы так, ущербные с общего факультета. Парень и не догадывался, что перед ним настоящий дракон.

Но одёргивать или агрессировать в ответ Лаки не стал.

– Всё они умеют. Вопрос цены.

– Сколько будет стоить?

Второй из самых актуальных вопросов, только ответа я не узнала: дракон тут же отвёл проклятийщика в сторону. Мол, финансовые сложности не для женских ушей.

Я хотела возмутиться, ведь расплачиваться за услугу нам с братом, а потом махнула рукой.

"Зато вот такая, особенная структура проклятия – лишнее доказательство тому, что дело с деканом нечисто. Нормальные люди не превращают обычные охранки в неснимаемых «монстров». Нормальным людям нечего скрывать!

Когда парни вернулись, Лаки вновь нацепил на нос специальные очки и принялся чертить в блокноте – переносил на бумагу невидимые простым зрением потоки.

А закончив, сказал:

– Пока всё. Если потребуются уточнения, подойду к тебе на перемене.

Тут встрепенулась уже я. Просто вообразила, как выхожу из аудитории и резко натыкаюсь на компанию парней в очках с зачарованными стёклами. Интерес проклятийщиков – слишком подозрительная штука. Допускать публичных столкновений нельзя.

– А можно вы, если что, записку пришлёте? Потом встретимся в каком-нибудь безлюдном месте?

Старшекурсник точно услышал в этих словах больше, чем хотелось, но отнёсся с пониманием. Словно Джур ему за вот такую «смекалистость» доплатил.

– Конечно, – сказал он. – Без проблем.