Потом Кэл вернулся к своей работе, а я поработала над статьей. Если тебе требуются доказательства, то могу принести с десяток листков исписанной мной бумаги. Они у Кэла. – Она встала. – Пожалуй, принесу их прямо сейчас.

Пристыженный, Роб покраснел:

– Прости, дорогая, я спросил в шутку и не хотел тебя обидеть.

– Я себе этим голову забивать не намерена. У меня и без того забот полон рот, и основная – когда он даст мне интервью.

На лице Роба промелькнула ехидная усмешка.

– А этот синяк под глазом ты заработала, защищая свою женскую честь?

– От Кэла? Скажи честно, ты в состоянии представить себе подобную сцену?

– Нет, – признался Роб.

 – Откровенно говоря, не могу. Знаешь, медицина давно установила, что сердце Кэла бьется куда медленнее, чем у других людей. Вот почему он так легко переносит высоту и физические нагрузки. Признаться, я вообще сомневаюсь, что в его организме присутствует нечто похожее на эмоции.

Лед может и оттаять, подумала Шина. А может и треснуть.

– С другой стороны, – продолжал Роб, – у меня самого очень низкое кровяное давление. У Хьюардов это в генах. Меня мало что способно взволновать.

– Не забывайся.

– Прости, – поправил он себя. – Ты исключение из правила.

Однажды исключением из правила стала Клер… и другие. «Конечно, у меня были девушки до тебя».

Шина кокетливо улыбнулась:

– Так-то лучше. А теперь посмотрим, не захочет ли хладнокровнейший из Хьюардов просветить моих читателей.

Роб оказался прав. Кэл работал в библиотеке за широким письменным столом, и именно работал, а не мечтал о вечной любви.

Шина обратилась к нему:

– Мне хотелось забрать свои записи."

"Он достал ее листки из-под бронзового пресс-папье и протянул ей.

Пишущая машинка стояла на небольшом бюро орехового дерева, и, направляясь к нему, Шина спросила Кэла:

– Почему бы тебе не нанять секретаршу?

– Я предпочитаю работать один.

– Ладно, – сказала она. – Дай мне твою рукопись, и я пойду со своей машинкой в другую комнату.

Он извинился:

– Прости, я был невежлив.

– Да, не скрою, – согласилась Шина. – Этой ночью мы работали в одной комнате. Хоть раз тебя оторвали от дела?

– Нет. Время от времени устраивали сюрпризы, но прерывать не прерывали.

Это напоминало хорошую команду – полная тишина, каждый занят своим делом.

Хижина запомнится надолго.

– Что тебе напечатать? – спросила Шина.

– А твои руки?

Девушка взглянула на пальцы. Она могла держать чашку чая, но печатать на пишущей машинке, особенно длительное время, – это уже сложнее.

– Может, лучше в какой-нибудь другой день, – предложил он.

– Наверное, ты прав, – согласилась она. – Ну а насчет интервью?

– А какого рода статью тебе хотелось бы написать?

– Зависит от того, что ты мне расскажешь.