Подружка выставила бутылку водки, припасенную ею к первому дню выхода на работу, и, улыбаясь, точно на свадьбе, проблеяла:

— Прошу.

Главный, взглянув на рюмки, махнул рукой:

— Убери! — И разлил водку в чашки. Руки непроизвольно потянулись навстречу друг другу, мы чокнулись, и он сказал: — Ну… за знакомство.

— Ага, — обрадовалась подружка. — Меня Евгенией зовут, а это Анфиса, подруга моя. Может, в самом деле познакомимся? В смысле, называть-то вас как?

— Зовут меня Сашка, — хмыкнул главный. — За водку и грибки спасибо, только раньше времени не радуйся.

— Да я почти никогда не радуюсь, — затараторила Женька, — потому что с детства невезучая. Два года у предков велик выпрашивала, подарили в третьем классе. И что? В тот же день свистнули. Машину купила… на последние деньги, собирала копейка к копейке. И что? Первый столб — мой. Замуж и то не вышла. Как кто появится, так либо нищий, либо дурак. Сплошная невезуха. Так что если в самом деле уши отрежете, вот нисколечко не удивлюсь. Какой-то козел деньги свистнул, а отвечать уж точно мне.

Поток Женькиного красноречия был прерван очередным телефонным звонком. Она вопросительно взглянула на Сашку, тот кивнул, насмешливо предложив:

— Скажи своему дружку, чтоб поторопился.

Женька сняла трубку, сказала:

— Слушаю. — И тут же повесила трубку. Точно так же, как в первый раз. — Молчит, — сообщила она, возвращаясь к столу, но телефон зазвонил вновь.

— Отключи его к чертовой матери, — приказал главный. Мой сосед поднялся, потопал в прихожую и отключил телефон. — Лучше б убийце вашему поторопиться, — заметил Сашка, правда, не очень зловеще. Мы еще выпили, и я, косясь на своего соседа, спросила:

— А тебя как зовут?

— Козел твой спецназовец, — ответил он. — Он у меня, гад, попляшет, я…

— Закуси, — посоветовал ему дружок, и тот в самом деле стал закусывать.

— У него имя-то есть? — возмутилась Женька. — Или это страшная тайна?

— Зовут его Юркой, парень он неплохой, но есть у него один недостаток: как разозлится, никакими уговорами его не проймешь. Можно сказать, совершенно безжалостный человек. — Сашка весело посмотрел на нас, но за внешним шутовством угадывался характер решительный и в отношении нас на многое способный, так что я даже поежилась. — Вашему убийце лучше поторопиться, — закончил он.

«Где ж его взять, убийцу-то? — мысленно вздохнула я и подумала: — Прав, прав был мой муж: следствие — дело милиции, им и карты в руки, а мы, сунув нос в чужие дела, ничего, кроме неприятностей, не наживем. Это все Женька, ее дурацкая идея… Впрочем, я тоже хороша».