— Ромашка вернулся? — неизвестно чему порадовалась Женька, то есть радоваться ей не следовало, если она всерьез собиралась водвориться в моей квартире, потому что Роман Андреевич неизменно выступал категорически против подобных намерений.

— Вернулся, — ответила я, косясь на мужа, который продолжал симулировать сон, хотя уши навострил и, разумеется, все слышал.

— Хорошо, — вновь порадовалась Женька. — Теперь я хоть за тебя спокойна.

— В каком смысле? — нахмурилась я.

— В том, что ночью тебе должно быть не страшно, если твой бравый подполковник дрыхнет рядом… Слышь, Анфиса, пусть Ромик узнает, кто она такая.

— Кто? — не сразу поняла я.

— Ну, женщина эта.

— Зачем тебе? Думаешь, если узнаешь, она сниться перестанет?

— Не в этом дело…

— А в чем?

— Отвяжись, интересно просто. И участковый сказал, может, не утонула она вовсе, может, это убийство?

Не успела я ответить, как Роман Андреевич вырвал из моих рук телефонную трубку и рявкнул:

— Трупами должна милиция заниматься, им за это деньги платят!

— Ты что орешь, родной? — удивилась Женька. — Я ж просто интересуюсь…

— Знаю я вас, — разволновался супруг. — Затеете расследование. Мало мне головной боли на работе, так еще дома никакого покоя. Трупы — дело милиции, твое дело статейки в газетку писать, а Анфисино — детективы. Вот и напрягайтесь, а трупами меня больше не волнуйте. — С этими словами он швырнул трубку и грозно посмотрел на меня, как будто я собиралась возражать. А я и не собиралась вовсе, правда, за завтраком, глядя в окно, вспомнила, как женщина лежала на дне со спутанными волосами, и…

— Ромочка, — позвала я ласково. — Может, действительно стоит позвонить?

— Куда? — ехидно спросил он.

— Ну… у тебя же есть возможность узнать…

— Нет у меня никаких возможностей, — зарычал он, — а ваши замашки частных сыщиков действуют мне на нервы!

Я надула губы и обиженно замолчала. Роман Андреевич швырнул вилку, посуровел еще больше, а потом сказал:

— Анфиса, сию минуту пообещай мне, что ты оставишь этот труп в покое.

— Что за глупость ты говоришь? — возмутилась я.

— Не заговаривай мне зубы. Допустим, Женька твоя совсем дура, и ей просто нечем заняться, вот она и открыла любительское сыскное бюро, но у тебя-то есть я, вот мной и займись, пожалуйста. К тому же не далее как вчера ты жаловалась, что работать даже не начинала, а рукопись обязана сдать до десятого октября.

— У меня еще уйма времени.

— Отлично, — кивнул он. — А у меня целая неделя отдыха. — И продолжил с лучезарной улыбкой: — Махнем на юг?

— Махнем, — сразу же согласилась я.

Он подошел ко мне, опустился рядышком на колени и заявил: — Заметано. — После чего погрозил пальцем и добавил: — И никаких трупов. Обещаешь?

— Обещаю, — кивнула я.