Сердце в груди у нее словно подпрыгнуло и заколотилось как безумное.

Заметила она и разбитую губу Кита. Кто-то явно ударил его, притом от всей души.

Тем временем Кит начал тщательно бинтовать ее опухшую лодыжку, положив ее ногу себе на колено. Меган скрежетала зубами и от боли, и от холода.

– О какой дискуссии говорил Алек? – поинтересовалась она.

Кит коснулся разбитой губы:

– Просто он нашел наверху, в спальне, твой чулок… и, боюсь, сделал определенные выводы.

– О-о-о! – Меган в ужасе зажмурилась.

Раны ее вмиг заныли сильнее. Так Алек все понял? Тогда то, что он оставил ее здесь, поистине удивительно! Впрочем, у него не было выбора.

– Боюсь, что так, – тяжело вздохнул Кит.

Тут Меган не на шутку разозлилась:

– Значит, ты сожалеешь обо всем? И так скоро?

Кит оглядел ее, скрытую в коконе из одеял, затем взгляд его скользнул по ее голой ноге, до самой забинтованной лодыжки, лежащей у него на коленях. И этот грустный взгляд тотчас вызвал в душе у девушки бурю негодования.

– Сожалею? Отнюдь. – Склонившись, Кит чмокнул Меган в щеку, словно клюнул. – Но это не означает, что подобное повторится…

Меган замерла.

– Этого больше не повторится, если только…

Меган осеклась: откуда-то из-под пола послышался пугающий звук – сперва удар, за которым последовал гулкий звон. Подхватив фонарь, Кит склонился над дырой в полу.

– Это бочонки… они всплывают и ударяются друг о друга. Значит, они пусты… ну, по крайней мере некоторые. Сколько-то бочонков стоит вдоль стен подвала и никуда плыть не собираются…

Меган покоробило, как стремительно он перевел тему.

"– Ну и что в этом такого необычного? Должно быть, в них хранился эль, и он вытек. Или вода… или когда-то в них держали рыбу либо солонину. Содержимое, должно быть, съели, а про бочки забыли.

Кит повернулся к девушке. Серые глаза его сияли.

– Но разве место бочкам тут, в подполе под часовней? Разве тут никто не погребен?

Меган заморгала:

– На берегу озера, подле дамбы, есть маленькое кладбище, если идти вниз по склону от домика Майри. Там некогда была деревня… где хоронили мертвых.

– Даже лэрдов? – спросил Кит.

Девушка пожала плечами и тотчас сморщилась от боли. Она сама едва не была погребена заживо, если он не забыл! Поэтому разговаривать о смерти и мертвецах у нее не было никакого желания.

– Тогда это просто подвал? Кладовая? – спросил Кит.

Девушка поерзала внутри своего мягкого кокона – и боль пробудилась вновь, впиваясь в раны тысячью мелких острых зубов.

– Полагаешь, твое сокровище находится там? – едко поинтересовалась она.