Даже не спрашиваю, потому что не сомневаюсь, что друг не откажет.

Глава 8

Вит откашливается, явно застигнутый врасплох.

— А что, двухэтажный коттедж площадью в пятьсот квадратов стал для тебя маловат? — салон наполняется грохотом, и я морщусь от его громкости. — Или ты решил хапнуть адреналина и пожить в однушке с соседками-пенсионерками?

— Не заводись. Я сейчас подъеду и все расскажу. Жди.

— Э…

Не даю возразить и сбрасываю вызов. Даю себе время окончательно успокоиться, петляя по трассе. Урчание мотора, словно большой кот, прижавшийся к боку, дарит то самое спокойствие, которого так не хватает с момента появления в моей жизни мыши. Останавливаюсь на засыпанном гравием ""пятачке"". Выхожу на улицу и делаю несколько глубоких вдохов.

Отсюда открывается вид на весь наш огромный мегаполис. Надо ж, блин! Во всем городе-миллионнике не нашлось другой дамы для отца. Надо ж было ему встретить именно маму этой занозы! Жить с ней под одной крышей выше моих сил. Стоит ей оказаться рядом, мне уже хочется ее придушить. Она как клещ: под кожу впивается и жить мешает.

Есть ли у меня план? Усмехаюсь. Какой, к черту, план? Я вообще понятия не имею, как реагировать на новость, которую вывалил на меня отец.

Одно дело — пересекаться с мышью в универе, и совсем другое — жить вместе. Дело даже не в том, что отец нашел пассию. На это плевать, по большому счету. Но вот ее дочурка мне как кость в горле.

И непонятно, что меня бесит больше: ее выходки или задиристый характер. Она просто…раздражает.

Хочется отшлепать ее за то, что так ведет себя со мной.

Телефон оживает. Очередное сообщение, на этот раз от Алины: ""Как насчет встречи?""

Поступаю с этим сообщением так же, как и с прошлым. Извините, девочки, но сегодня у меня другие планы."

"Возвращаюсь в машину и доезжаю до дома друга. Выдыхаю, когда вижу, что возле его подъезда не сидят ""домофоны"", как называет их Виталя. Друг живет в скромном районе в квартире, которая досталась от бабушки. Родители Вита разъезжают по вахтам, чтобы обеспечивать сына, и без проблем согласились на его одиночное проживание.

Это только потом Виталя понял, в чем подвох. Каждый его шаг в сторону тут же доносится предкам сердобольными старушками, которые каждый вечер заседают на лавочках.

С трудом втискиваю машину на единственное свободное место под окнами квартиры друга. Ну его нахрен, пусть лучше на виду будет, а то еще без колес останусь. У местных тут вместо мозгов счетные аппараты, и они сразу видят, что можно спереть и сколько на этом можно заработать.

— Кто? — после нескольких звонков домофона друг наконец снисходит до ответа.

— Доставка девочек, — ржу я.

Раздается пиканье, и я дергаю дверь, едва не налетая на одну из бабулек-доносчиц.