— Попалась, мышка! Посиди немного в норе, подумай над своим поведением.

Звук хлопка и щелчок замка сковывают тело. Я на какой-то момент застываю посреди зала, не веря, что этот павлин меня запер. Предпринимаю попытку открыть дверь, но без толку. Он меня запер!

Глава 6

В который раз долблю кулаком в закрытую дверь. Бесполезно. Костяшки уже жжет от боли, но я зачем-то продолжаю колотить по двери. Этот напыщенный индюк закрыл меня в спортзале и отобрал все мои вещи.

— Козел! — ору что есть силы, в надежде, что меня услышат. — Выпустите меня!

Хотя кто меня тут может услышать? Уборщица?

Закатываю глаза к потолку и еле сдерживаю беспомощный стон. Не знаю, сколько времени проходит, но ноги уже гудят стоять. Опираюсь о стену и медленно сползаю на пол. Усталость берет верх, и я откидываю голову на прохладную поверхность.

Эх! Надо ж было примчаться именно сюда. Пустое огромное помещение, с окнами под потолком. Даже инвентарь надежно заперт в подсобном помещении физрука. Только маты, которые в крайнем случае могут послужить лежанкой.

Передергиваю плечами. Все же надеюсь, что мозгов в голове Руслана больше, чем жажды мести. Хотя…

Ну и денек. Мама! Точно! Она же не оставит просто так, что дочь не придет ночевать. Поднимет всех на уши. После этой мысли настроение улучшается, и я просто жду того момента, когда тут нарисуется моя мамочка и спасет меня из пещеры.

— Что, мышь, никак не можешь выбраться из норы? — слышу насмешливый голос этого гада и рычу от злости.

В крови вскипает злость, и я вскакиваю. Поворачиваюсь к двери, словно готовлюсь отразить смертельную атаку.

— Слышь ты, павлин! Если это месть за то, что я не пала к твоим ногам, то ты слишком жалок!

Оглядываюсь по сторонам, хотя кажется, что за время, пока я тут сижу, уже все изучила вдоль и поперек.

— Повтори-ка! — рычит гад.

Но я не собираюсь тешить его самолюбие.

Мысленно считаю до десяти, чтобы как-то успокоить бешено колотящееся сердце. И так всегда, стоит мне оказаться на расстоянии меньше чем один километр от Руслана. Между нами словно вспыхивают тысячи искр ненависти, а прохожие торопятся отойти от нас подальше. Боятся, что снесет взрывной волной.

— Ты там уснула, что ли, мышь?

Ох, как же он раздражает меня этим прозвищем!

Этот лоб старше меня на четыре года, а мозгов как у рыбки, честное слово.

— Знаешь, когда раздавали мозги, ты точно клеился к очередной бабе, — шиплю я в надежде, что он не услышит.

В двери слышится звук щелчка, и она одним рывком распахивается, являя моему взору взбешенного Руслана.

Голубые глаза мерцают холодом, а пухлые губы изогнуты в высокомерной ухмылке. Распахнутая куртка являет взору натренированное тело, и я с трудом сглатываю. Хочется дать себе подзатыльник за то, что так реагирую на внешность этого индюка.