— Оливия, откуда у тебя запись, на которой Том Бентон говорит эту чушь? Что стряслось?

Оливия посмотрела на него, потом на Ань, потом снова на него. Друзья смотрели на нее взволнованно, словно не могли в это поверить. Ань, должно быть, в какой-то момент взяла Оливию за руку.

Оливия повторяла себе, что ей нужно быть сильной, прагматичной, бесчувственной, но…

— Я просто…

Она попыталась. Она правда попыталась. Но лицо у нее сморщилось, и последние несколько дней обрушились на нее, словно горящий дом. Оливия наклонилась вперед, зарылась головой в колени подруги и позволила себе разрыдаться.

Оливия не хотела снова слушать ядовитые слова Тома, так что она отдала друзьям наушники, пошла в ванную, открыла кран и лила воду до тех пор, пока они не закончили слушать. Это заняло меньше десяти минут, но все это время она всхлипывала. Потом Малькольм и Ань вошли в ванную и сели на пол рядом с ней. Ань тоже плакала, и по ее щекам катились крупные злые слезы.

«По крайней мере, тут есть ванна, которую можно заполнить слезами», — подумала Оливия, протягивая ей рулон туалетной бумаги, который держала в руках.

— Это самый отвратительный, бесстыдный, беспардонный человек, — сказал Малькольм. — Надеюсь, пока мы разговариваем, он мучается поносом. Надеюсь, у него в паху вскочат бородавки. Надеюсь, ему придется жить с самым большим и болезненным геморроем во вселенной. Надеюсь, что он…

Ань прервала его:

— Адам знает?

Оливия покачала головой.

— Ты должна сказать ему. А потом вы оба должны подать жалобу на Бентона и сделать так, чтобы его вышвырнули из университета.

— Нет. Я… Я не могу.

— Ол, послушай меня. То, что сказал Том, — это сексуальное домогательство. Адам точно поверит тебе… не говоря уже о том, что у тебя есть запись.

— Это не важно.

— Конечно, важно!

Оливия вытерла щеки ладонями.

— Если я расскажу Адаму, он больше не станет сотрудничать с Томом, а проект, над которым они работают, очень важен для него. Не говоря уже о том, что в следующем году он хочет переехать в Гарвард, и…

Ань фыркнула.

— Нет, не хочет.

— Да. Он мне сам сказал…

— Ол, я видела, как он на тебя смотрит. Он по уши влюблен. Он ни за что не поедет в Бостон без тебя… и я на сто процентов уверена, что не позволю тебе работать на этого придурка… Что? — Оливия с Малькольмом обменялись долгим взглядом, и Ань удивленно посмотрела на них по очереди. — Почему вы так смотрите друг на друга? Я что, не понимаю какую-то шутку?

Малькольм вздохнул, ущипнув себя за переносицу.

— Хорошо, Ань, слушай внимательно. И прежде чем ты спросишь: нет, я не выдумываю. Это реальность. — Он глубоко вздохнул, а потом начал: — Карлсен и Оливия никогда не встречались.