Алексей подозвал командира третьего плутонга Сорокина Емельяна:

— Архипыч, сегодня ночной караул будет на твоём третьем плутонге, сам расставляешь и проверяешь своих людей. К подъему не забудьте ещё кипятку на всех сварить!

— Есть, вашбродь, сделаем, — кивнул унтер. — Вы ложитесь, отдыхайте ужо, замаялись ведь поболее всех нас.

— Да ну-у, нет, брось ты, чего уж там, так же, как и все, — усмехнулся в ответ Лёшка и оглядел весь свой лагерь. — Рота, отбой! Подъём утром ещё затемно! — и сам прилег, привалившись к спине Макарыча. Костёр разведчика невидимым глазу жаром отбрасывал тепло на растянутый верхний полог, а с него — уже на лежащих внизу егерей. Было тепло, сытно и сухо.

Всё-ё…

Тело расслабилось, и Лёшка провалился в глубокий, как омут, сон.

* * *После трёхчасового утреннего рывка и одного малого привала рота приближалась к предместьям Бухареста."

"— Да уж лучше бы дома у себя, на квартировании обедать, чем в этом стылом лесу! Чай, недалече теперяча, во-он ужо и озё-ёра наши совсем рядом, — пробасил Савва, поправляя на бегу лямки своего пионерского фугасного ранца.

— Да тебе-то хоть до вечера скакать можно! Моржа вон поймал в студёном море, закинул себе на спину да тащи его до избы! А чё нет-то? Все ведь вы, архангелогородские поморы, там такие отмороженные, — подколол здоровяка командир первого плутонга Трифон.

— Да не-ет, Трифон Кузьмич, чё-т подустал я маненько, — признался пионер, шумно выдыхая на бегу. — Тяжёлые всё ж таки они, энти фугасы. Как вон ни старался наш Васяня с ранцами, а всё же набивают они хребтину в дороге.

— Ну а как же ты, Саввушка, хошь, железо — оно ведь тако-ое! Полтора пуда в них веса точно есть, а вы ещё и в мешочках пороха отдельно в энти вот свои ранцы наклали. Да и вон сама эта кожная сбруя, да и топор ваш, помимо фузейки, сколько ещё веса тянут! — и унтер кивнул на всю переносимую ротным сапёром приспособу. — Ажно жалко мне вас, бедолаг минёров!

— Да ничё-ё, Кузьмич, чай, сдюжим, мы ведь двужильные, — улыбнулся помор. — Поди, недалече осталось бяжать, а там и спину в баньке отпарю.

Рота действительно приближалась к Бухаресту. Показались такие знакомые по постоянным воинским учениям места. Ещё немного — и пойдут большие поляны, а там, глядишь, откроются опоясывающие город с севера озёра. К одному из них, к озеру с красивым названием Флоряска, сейчас как раз таки и выходил егерский отряд.

Неожиданно спереди, с той стороны, где был передовой дозор, раздался резкий свист, а через несколько секунд из перелеска на дорогу выскочило звено Цыгана.

— Конница! До полусотни, вашбродь! — крикнул издалека Лужин, ещё не добегая до основного отряда. — На казаков вроде наших похожи, да кто же их там издали разберёт? В нашу сторону они по дороге скачут!

— Казачий разъезд? — гадал Лёшка.