И потом, нечего без звонка на работу ко мне соваться!

Она отшатнулась от него, будто он ей оплеуху отвесил, часто-часто задышала, а потом вдруг выдохнула и обманчиво спокойным тоном заявила:

– Хорошо, Тимур, я поняла, я – плохая жена…

А потом паршивка бросилась вон из спальни. Тимур даже подзавис на секунду: как посмела? Он с ней еще не закончил!

Акулов рванул следом и сгреб жену в охапку, едва та успела выбежать в гостиную.

– Никуда ты не пойдешь! Я не позволю тебе! Оба не без греха, давай мириться. Да и идти тебе некуда. Ну в самом деле, Лин, хватит страдать фигней.

– Отпусти меня!"

"Она стала вырываться с гримасой жуткого омерзения на лице, будто ее не родной муж обнимал, а какой-то бомж.

Тимур отпустил, и тогда она выпалила:

– Поживу пока в гостинице. Как-нибудь справлюсь.

Да, Ангелина явно была настроена весьма решительно. Может, переборщил с претензиями? Только вот одно «но»: справляться обиженная женушка решила на его денежки.

– Я прямо сейчас заблокирую карту, которую тебе выдал. Много ты в гостинице проживешь за красивые глаза?

– Ты вообще-то алименты мне должен! – взвизгнула она.

Вот нахалка! Должен он, видите ли.

– Через суд, милая. Просто так ни копейки тебе не дам. И по улицам впустую таскать свою дочь не позволю, – прошипел он, скрестив руки на груди. – Ты остаешься дома, и точка!

Ангелина нервно сглотнула и проговорила сдавленным голосом:

– Но как ты себе это видишь?

– Очень просто, – пожал он плечами. – Ты стираешь из памяти ненужные кадры, и мы живем так, как жили.

Она замерла, видимо, обдумывая его предложение, а потом обиженным голосом простонала:

– Как жили уже не получится…

– А ты постарайся, – усмехнулся он. – Не самый плохой муж у тебя, милая. Живешь как у Христа за пазухой, я тебя не обижаю, пальцем за всё время ни разу не тронул. Отец я хороший, ни слова против не сказал за траты на дочку. Ребенка, кстати, пожалей. Куда ты с ней попрешься, а? Уходить она собралась. Ну смешно, ей богу!

И тут глаза жены всё-таки повлажнели. Она громко всхлипнула, и от этого ее всхлипа внутри у Тимура что-то надломилось, противно заныло. Но эмоций своих не показал, делано равнодушным тоном продолжил:

– Ой, вот только не надо мне этих дешевых манипуляций! Потом поревешь, у подружки в гостях. На меня эти приколы не действуют, ты знаешь. Ты хотела отметить со мной годовщину? Ок, крошка, давай отмечать!

– Я…

– Без «я». Быстро развернулась, пошла на кухню, принесла еду и накрыла в гостиной стол!

Ангелина не тронулась с места.

И тогда он подошел к ней, легко тряхнул за плечи и приказал громовым голосом:

– Про ситуацию в офисе мы забываем, ясно тебе? Чтобы ни слова про это не слышал. Иначе выставлю на улицу в чем есть. Марш на кухню ужин греть. Бегом, я сказал! А я прослежу.