Ты ни одну девушку не приводил в дом, потому что они для тебя ничего не значили. Это другой случай. Я видела, как ты на нее смотришь. Сейчас ты просто лукавишь. Зачем сам себе жизнь усложняешь?

– Да не нравится она мне! – Я откинул стакан в сторону, и он разбился. – Мам, найди себе мужика и выноси мозг ему. А от меня отвали. Просто отвали!

В этот раз я держался дольше обычного.

Я зашел в комнату, надел белую толстовку и направился в ванну. Умылся. Поднял голову и посмотрел на себя в зеркало: капли холодной воды стекали по моему лицу, глаза яростно горели.

О какой девушке может идти речь? Зная себя, я либо буду с ней до конца, либо убью.

Кажется, другого не дано. Мои нервы и так расшатаны. Не стоит лезть в это дерьмо.

Послышался звонок в дверь. Это еще кто? Я выключил воду, вышел из ванны и увидел перед собой своего псевдоотца. Кажется, хуже было уже некуда.

– Ты тут что забыл? – грубо спросил я.

– Надеялся тебя хоть раз в жизни выловить. К счастью, у меня это получилось.

– Кажется, я говорил, что, если ты будешь меня преследовать, я набью тебе морду.

– Ваня! – возмутилась мама.

– Да, мам? Что ты говоришь? Выкинуть за дверь этого слабоумного? Ну хорошо, раз уж ты так просишь.

 – Я направился в сторону отца.

– Как ты разговариваешь, щенок! – выпалил он.

– Кто?

Мать встала у меня на пути, загородив отца. Он молчал.

– Повтори, что ты сказал! – Я смотрел на него, не отводя глаз.

– Ты не имеешь права так со мной разговаривать, я, в конце концов, твой отец. Имей совесть.

Я истерически рассмеялся.

– Совесть? Тебе знакомо это слово? А тебе там совесть душеньку не сжимала, когда ты ее беременную кинул? – произнес я, указав на маму. – Тебя совесть не мучала, когда ты дал ей деньги на аборт? Когда она на нескольких работах пахала, чтобы меня поднять?!

– Я же все осознал, Вань…

– Поздно! – крикнул я ему в лицо.

 – Я сказал, свали с этой квартиры или тебе хуже будет!

– Ваня, да прекрати же ты! – провопила мама.

Она снова за него заступалась. Это было невыносимо.

– Мам, ты совсем, что ли? Я бы на твоем месте уже давно в лицо ему харкнул.

– Я не защищаю его, Ваня. Я просто хочу, чтобы ты хоть раз вел себя прилично.

– Видимо, ты не смогла дать ему нормальное воспитание, Марго.

Я перевел взгляд на него. Желваки играли на моих скулах.

– Не понимаешь ты по-хорошему.

Схватив отца за шиворот, я со всей силы ударил его лицом о стену, а потом начал избивать кулаками. Крики матери эхом донеслись до моих ушей, но мне уже было плевать. Больше я ничего не видел, ничего не понимал. Нет ни одного человека, которого я бы ненавидел так же сильно, как отца. Не знаю, как я смог опомниться, чтобы оттолкнуть его в сторону.

Отец был в сознании. Мать упала перед ним на колени."

"Все было как в тумане. Я с трудом обулся, схватил куртку и выбежал на улицу.