– А что будет в марте?

– Пока что я не могу вам об этом сказать. Мне нужно закончить одно дело.

Она опустила глаза.

– У тебя есть деньги на переезд?

– Да, есть.

Я и так слишком много лет зависела от ее материальной помощи. Уверена, я сама что-нибудь придумаю.

– Только звони, Ева. Прошу! Прости, я сейчас переборщила. Спустя столько лет снова оказалась в этом доме. Увидела мотоцикл, и так на душе тяжело стало, – закрыв лицо руками, призналась она.

Я подошла к ней и крепко обняла. Она обняла меня в ответ.

– Не хотела тебя обижать, ты пойми меня… Ты права, что терять ребенка – это очень страшно.

Вроде четыре года прошло, а все равно никак не могу в это поверить. Каждый день его вспоминаю. Я приехала, чтобы наконец сходить к нему на кладбище. Ты ходила?

– Первые три года почти каждый день там была… Потом уже поняла, что так только сложнее пережить его утрату. Решила, что буду навещать в годовщину. Правда, по всей комнате так и расставлены его фотографии…

Она посмотрела на меня, и ее глаза были наполнены слезами. Господи, сколько боли, кто бы только знал!

– Спасибо тебе. А я все никак не могла… Тяжело жить и осознавать, что твой ребенок лежит под землей.

Больше не поговоришь с ним, не порадуешься его успехам, не увидишь его улыбку. Да, может, он мне и был не родной по крови, но как же я его любила! Постоянно виню себя, что не запретила ему гонять на этом мотоцикле. Помню, когда разговаривала с ним в последний раз, он такой радостный был, все рассказывал мне о своих планах. А через два дня я узнала, что он погиб… – Она закрыла глаза и уткнулась мне в плечо.

Я чувствовала, что мой голос предательски дрожал:

– Ирина Сергеевна, у вас все будет хорошо, слышите? У вас еще есть дочь, ради нее стоит жить! Вы меня извините, я отлучусь на несколько минут.

Я быстро, – поспешно пробормотала я и выбежала из дома."

"Когда я оказалась на улице, слезы моментально хлынули из глаз. Я упала на колени в песок. Увидев ее, я будто бы снова очутилась в том ужасном дне. Все это время я боролась со своей болью, которая окутывала меня с ног до головы. И сейчас снова почувствовала это все. Так не должно быть. Не должно.

– Ева, – послышался голос Вани.

Я испуганно обернулась.

– Что ты… Ты же ушел, – вытирая слезы, произнесла я.

– Я думал, что она сейчас наорет на тебя и ты выйдешь.

Хотел извиниться. Что она сказала тебе?

– Ты когда-нибудь терял близких людей?

Он присел на корточки передо мной.

– Я думаю, каждый человек терял.

– Вот и она потеряла. Потеряла своего сына. Почему именно он? Почему он?! – истерически прокричала я. – У него же вся жизнь была впереди. Столько планов! И что? Что в итоге? Он гниет в чертовой могиле!

Ваня схватил меня и прижал к себе. Я уткнулась ему в грудь и дала волю эмоциям.

– Я снова чувствую всю эту боль. Это невыносимо.