Мы лежим голые в моей постели, я глажу кончиками пальцев соблазнительный переход от талии к бедрам и с удовольствием наблюдаю за мурашками, которыми щедро покрывается ее кожа.

– Завтра.

– Мне утром на работу нужно собраться.

– У меня соберешься.

– И поеду в шортах и майке?

Я улыбаюсь.

– Мне нравится перспектива целый день наблюдать за твоей дерзкой попкой, едва прикрытой клочком ткани, и грудью, которая четко просматривается под маечкой, но нет. Я завезу тебя переодеться.

– А укладка, макияж? У тебя даже фена нет.

– Нет, – соглашаюсь я. – Завтра куплю. А домой тебя завезу пораньше, чтобы ты все успела. Соберешься – и вместе поедем в офис.

– Нас могут увидеть вместе.

– Тебя это беспокоит?

– Не очень. А тебя?

– Вообще нет.

– Не боишься осуждения коллег?

Я вопросительно приподнимаю бровь и смотрю в сонные глаза Софьи.

– Я ничего не боюсь, когда дело касается тебя.

– А вообще? Какие у тебя страхи? Ты никогда не рассказывал.

– Я боюсь потерять тебя. Боюсь, что сфера, которую ты выбираешь, убьет в тебе все хорошее и светлое. Боюсь, что ты разочаруешься в профессии и жизни.

– Ого. Я думала, у таких мужчин, как ты, страхов не бывает. Или бывает, но они их тщательно скрывают.

– Я считаю, что сила мужчины, среди прочего, заключается в том, чтобы признавать свои страхи и смотреть им в лицо.

– Это ты сейчас так витиевато даешь мне зеленый свет на уголовку?

– Мне кажется, мы слишком много об этом разговариваем. Я уже дал тебе свой ответ.

Соня вздрагивает, когда мурашки достигают ее шеи, и улыбается.

– Просто хотела убедиться, что после секса ничего не изменилось.

– Ничего не изменилось, – тихо соглашаюсь я, заправляя непослушный локон ей за ухо. – И ничего не изменится. Если что—то пойдет не так, я буду рядом. А если все пойдет как надо, но тебе просто нужно будет поговорить или поделиться, тоже можешь на меня рассчитывать.

– Вы раскисли, Макар Ильич, – хихикает Софья.

– Во всем виновата красавица, которая высосала из меня все соки.

– Еще не все, если ты способен разговаривать.

Я с улыбкой подтягиваю ее ближе к себе и вжимаю в свое тело, зарываясь носом в волосы. Целую в макушку и с удовольствием закрываю глаза, когда нежные пальчики пробегаются по моему позвоночнику, спускаются к ягодицам, очерчивают ямочки над ними, и возвращаются назад. Теперь я ловлю мурашки.

– Давай спать, – предлагаю я.

– Свет надо выключить, – бормочет Соня и целует грудь в том месте, где сердце."

"– Мгм, – это все, что я могу ответить. Мысленно я даже тянусь к прикроватной тумбочке, чтобы нажать на выключатель светильника, но физически тут же вырубаюсь.

Утром мы с Соней быстро завтракаем и буквально мчим к ее общежитию, потому что, конечно, немного проспали.