"

"Вроде и радоваться нужно, плакать перестала, ссорится со мной, сверкает гневными глазками так, что кровь в жилах стынет. А все равно – мимо. Не помогло. Эрекция только усиливалась от вида груди, обтянутой хлопковой тканью рубашки. Более того, одна пуговица расстегнулась случайно, и я умудрился рассмотреть яркие кружева.

Мать твою! Девчонка смерти моей хочет, не иначе?!

– Да я с байком возился, а Ленка мимо шла. Я ее и не заметил даже, пока она не кувыркнулась через бордюр. Лежит, скулит. Да, понимаю, что дурак. Но пока «скорая» добралась бы, год бы прошел. А я же не зверь, Лесь. Притащил ее к себе. У меня же в аптечке много чего всякого, – спокойно рассказывал я.

– А почему она полуголая была? – не унималась Леся.

– А я знаю? Я на нее и не смотрел толком, – вздохнул я.

– Угу, и двери ты не закрывал, – прищурилась Леся.

– Нет! Их сквозняком захлопнуло, когда кое-кто ворвался с проверкой, – усмехнулся, а сам крепче сжал Леськины бедра ладонями, чтобы не ерзала. Ведь до греха доведет!

– Хорошо, здесь я верю, – кивнула Леська. – Хлопок я и правда слышала. Но вот зачем ты ее в свою комнату притащил? На нашу постель, между прочим! Как мне теперь в ней спать, а? Буду представлять Ленку!

– Да сдалась тебе Ленка, а?! – в отчаянии пробормотал я. – Забудь ты о ней. Она сама испугалась, уверен. Как увидела твою гневную мордашку, сразу и сбежала. Быстрее меня.

– И правильно! Знаешь, пусть лучше не попадается на моем пути! – пригрозила Лисенок, а я не выдержал, рассмеялся.

– Да ну ее, Ленку эту, – посмеивался я, а Леська, наоборот, пыхтела в недовольстве, точно ежик. – Я же только твой, помнишь?

– Главное, чтобы ты сам об этом помнил! – воинственно проговорила Леся.

Секунду девчонка смотрела на меня, словно что-то решала. Потом коснулась ладонями моих плеч, скользнула к груди.

– Черт, Лесь! – пробормотал я.

Взглянул в ее глаза. И потерялся. Она смотрела на меня так, что дыхание замерло. В груди запекло, загорело.

Это был тот самый взгляд, которого я ждал. Ждал и надеялся, что доживу до этого момента.

Дожил. А теперь, кажется, подыхаю от переизбытка эмоций.

– Кирюша… – выдохнула Лисенок и замолчала.

Страсть вспыхнула мгновенно. Даже под дулом пистолета не смог бы я сдвинуться с места. Руки намертво приклеились к крошечным шортам. Пальцы уже пробирались под ткань рубашки. А моя кожа под нежными ладонями плавилась до костей.

И словно крылья за спиной выросли, развернулись. Никакое падение мне теперь не страшно. Знал, всегда будут силы, чтобы решить любые проблемы, пока моя женщина смотрит на меня таким взглядом, как в эту секунду.

Потому что она – моя.

– Лисенок, черт, ведь зарекся заниматься любовью с тобой, когда условий никаких, даже крохотного пледа нет, – выругался я, но тормоза уже сорвало.