Последний довод нашёлся на другой стороне крыши, укатившись к валяющемуся грудой бывшему тенту. Едва я поднял посох, как парусина вдруг ожила и пошла волнами. Под ней что-то завозилось, тяжело вздыхая, задёргалось и поползло наружу. Я уж думал, не огреть ли это нечто посохом, когда из-под парусины показалось синее лицо шамана.

— Однако, громко бумкнуло, — флегматично заявил он, снова вздохнул и поморщился, потрогав пальцами здоровенную шишку на лбу.

— Ты же лечить умеешь? — спросил я не своим хриплым голосом.

— Мало-мало могу, князь."

"— Тогда вылезай и спускайся вниз.

В крепости много раненых, окажи им первую помощь.

Не успел шаман уйти, как вернулся первый опричник.

— Ваша светлость, комендант того… Убило его, когда стена рухнула.

Ах, бедный Сидор Петрович! Как же жаль замечательного человека, не посадить ему уже апельсиновый сад. А что обидней всего, теперь, кроме меня, некому организовать оборону крепости. Вот только я ни шута не понимаю в этом, в отличие от покойного коменданта. Придётся импровизировать и надеяться, что Суворов подойдёт прежде, чем нас раздавят.

Глава 38

Штурм

Я совершенно забыл о роте, присланной Суворовым для усиления крепости.

Командовал ею капитан Заболоцкий, мой бывший опричник, перешедший на армейскую службу. После того как рухнули стены и погиб комендант, он не растерялся и организовал разбор завалов, где могли быть живые люди, а после начал готовить оборону острога.

За этим занятием я его и застал: Заболоцкий командовал сооружением баррикад напротив рухнувших стен и сооружал позиции для двух картечниц, доставленных вместе с ротой. Оценив сделанное, я, ни минуты не сомневаясь, назначил капитана исполняющим обязанности коменданта острога.

Раз уж начал, то пусть и занимается обороной крепости — он знает свою роту и справится лучше, чем мог бы я сам.

— Всё сделаем, Константин Платонович. Даю слово: острог испанцы не возьмут, — пообещал он мне.

Впрочем, я тоже не остался в стороне и помог с картечницами. Использовать внутренний источник мне сейчас было противопоказано, а вот деланная магия оставалась доступной. Так что я сплавил кучи битого камня простыми Знаками Огня и охладил Холодом, сделав доты, в которых могли укрыться расчёты орудий. Ну и наложил на них парочку защитных связок, чтобы продержались подольше.

Закончив с дотами, я взялся «минировать» проходы, по которым должны были пойти испанцы. Работая middle wand’ом, чертил простые Знаки через каждые пару шагов. От позиций моих людей к грудам битого камня, в которые превратились рухнувшие стены. Да и сами завалы отлично подходили для «минирования»: глыбы покрупнее при взрыве дадут множество осколков, эдакую каменную дробь.

— Константин Платонович! Константин Платонович! — Громкий крик отвлёк меня.