Я медленно ласкала себя между ног, затаив дыхание в ожидании его реакции."

"Саша с силой втянул носом воздух, сорвал с себя футболку, от которой не успел избавиться в прошлый раз и прямо в штанах забрался ко мне в ванную, вжимая горячей грудью в прохладный кафель стены. Я ахнула от контраста.

Александр придержал меня за подбородок.

— А ведь говорила, что не будешь этим передо мной заниматься, — усмехнулся он мне в губы и смял их жёстким поцелуем. — Плохая девочка.

— Я хочу ещё, — я капризно надула и так припухшие от поцелуев губы, принимая правила игры, и смело посмотрела снизу вверх. По телу пробежали мурашки, когда я увидела на себе пристальный взгляд синих глаз. Александр часто дышал, плотно сжав челюсти, и, похоже, едва сдерживался, чтобы не наброситься на меня.

— Тогда на колени, — глухо скомандовал он.

Я стала послушно опускаться вниз, покрывая поцелуями его торс от груди к пупку, стаскивая штаны с крепких бедер.

Обхватив рукой член, который уже был в полной боевой готовности, я аккуратно облизала самый кончик головки и почувствовала, как твердая рука ложится мне на затылок и нежно поглаживает волосы.

Я вздрогнула от пробившей все тело конвульсии и, судорожно вздохнув, принялась активнее ласкать головку. Я сжимала ее губами, облизывала по кругу и снова возвращалась к самому краю, слизывая выступающую по каплям смазку.

Вдруг меня пронзила мысль, что, наверное, при ярком свете я выгляжу очень пошло и я отстранилась, несмело глядя на Александра.

— Что такое? — хрипло шепнул он, все так же поглаживая меня по волосам.

— Я… — я смущенно опустила глаза, не в силах выдать признание. — Мне стыдно, что я такая…

— Порочная? — улыбнулся Саша, опускаясь рядом на колени и дразня меня поцелуями. — Ты — прекрасная. Все, что ты делаешь, — прекрасно. Иди ко мне.

С этими словами он подхватил меня под бедра и, прижав к стене на уровне своей головы, уткнулся лицом мне между ног.

Я почувствовала обжигающие прикосновения его языка. Он ласкал меня очень медленно, давая прочувствовать каждое прикосновение и заполняя тело сладкой истомой. Наигравшись снаружи, язык очень порочно вошел мне во влагалище, лаская вход, изучая его изнутри. Я охнула от необычных ощущений и зажмурилась, чувствуя, как медленно схожу с ума от возбуждения. Казалось, это лишь раззадорило моего мучителя, потому что он вернулся к клитору и, раздвинув мои ноги сильнее, принялся жадно ласкать его, уже не просто языком, но и втягивая губами, как при поцелуе.

Я вскрикнула, испытывая смешанное чувство из боли и наслаждения.