В ту же секунду Влад отвел пистолет от меня и успел сделать два выстрела в Сашу, пока сам вдруг не дернулся и не рухнул на снег. Я ошарашенно глядела на свою вытянутую руку, в которой был зажат пистолет. Помедлив несколько секунд, глядя, как по виску маньяка ручейком бежит кровь, я бросилась к Саше. Он лежал на снегу и, хрипя, судорожно расстегивал куртку.

Упав рядом с ним на колени, я бросилась помогать. Под курткой был надет бронежилет. Саша судорожно расстегивал липучки, хватая ртом воздух. Я тоже начала с трудом их отдирать закоченевшими пальцами.

— Саня! — рядом внезапно оказался Мишка и одним рывком помог содрать с его груди плотную пластину.

Александр с силой втянул ртом воздух и, схватившись за грудь, закашлялся.

— Все, все, — Мишка поднял его футболку, посветил фонарем, и я увидела два больших кровоподтека. В области сердца текла кровь. — Дыши, дыши. Не смертельно. Соня, ты куда?

Я в каком-то полубреду, будто во сне, встала и, едва переставляя ноги, подошла к маньяку. Всхлипнув, вытянула руку и разрядила оставшиеся в обойме патроны в бездыханное тело.

— Соня! — Михаил подскочил ко мне и крепко прижал к себе, забирая пистолет. — Все, мышонок! Все закончилось. Ты победила!

Он ещё что-то говорил, а я не слышала и давилась рыданиями, уткнувшись ему в грудь, не в силах остановиться.

Потом Миша отстранился, пристально осмотрел мои глаза, застегнул на мне куртку, взял на руки и куда-то быстро понес. Я будто стоп-кадрами видела свет фонарей и лица людей в масках. Видела, как где-то далеко впереди мигают синие огни. Небо, казалось, начинало светлеть. Вдруг все картинки начали наслаиваться друг на друга и смешиваться в тошнотворную спираль, заставляя прикрыть глаза. Наступила звенящая тишина, в которой я слышала только хаотичные, бешеные удары собственного сердца.

Почувствовав боль в руке, я дёрнулась всем телом и вскрикнула от ужаса, не понимая, где нахожусь.

— Ебаный в рот! — испуганно вскрикнул мужчина в белом халате, отдергивая руки. — Ты себе вены так порвешь!

Он, поругиваясь, стал туго заматывать мне локоть бинтом, а затем начал осматривать кисть.

— Соня, — послышалось совсем близко.

Я повернула голову. Рядом со мной на носилках лежал Саша. Он хрипло дышал, но смотрел на меня осознанно и спокойно. — Все хорошо. Давай руку.

— Зачем, если я всего лишь приманка? — я отвернулась лицом к стенке кузова скорой помощи и тяжело сглотнула вновь подступающие слезы.

Кисть обожгло болью от иглы катетера, который фельдшер мне все таки не отчаялся поставить. Но я уже не реагировала на его манипуляции.

— Соня, ты с ума сошла? — почти прошептал Александр. — Я бы сейчас поорал, чтобы ты пришла в себя, но не могу.