А ты… домой не спешишь?

— А ты хочешь от меня отделаться?

Георгий разбирал пакет со снедью и вроде бы шутил. Но Оксана все равно напряглась. Что-то явно происходило. Может быть, это началось раньше, но она изо всех сил делала вид, что не замечает этого. Ей не хотелось никаких перемен. Она их боялась.

— Жор, ты ведь знаешь, что нет?

— Знаю… — повторил, глядя ей в глаза испытывающе и жестко. — Да ладно. Я сейчас не об этом.

— А о чем? Что-то известно о наркотиках?"

"— Быстрая же ты… — хмыкнул Георгий, закидывая овощи в раковину.

— Дай, я! — не выдержала Оксана и оттеснила любовника чуть в сторону. Это ее обязанность — накормить. Ведь так?

— В общем, по твоему вопросу — дело я запустил. Но чтобы получить хоть какой-то результат, мне нужно явно больше, чем двенадцать часов. Правда, есть кое-что интересное. Я сразу не хотел тебе говорить, чтобы ты не волновалась…

Дерьмовое начало, если Жора не хотел ее волновать! Сердце Оксаны моментально ушло в пятки, во рту пересохло.

— Что… интересное? — спросила она, замирая с занесенным над кочаном капусты ножом.

— Букреев перевелся…

— К-куда?

— В ваш район. Он теперь тут с наркобизнесом борется.

Оксана стиснула зубы и, сжав пальцы на рукоятке ножа чуть сильнее, принялась с остервенением шинковать капусту. Нужно было успокоиться. Успокоиться… Уверенность в себе и контроль — вот ее жизненное кредо.

— Эй… Ну, что ты? — Бедин подошел к ней вплотную со спины и обнял за талию. — Я ведь обещал тебе, что он больше тебя не тронет. Обещал?

Кивнув, не в силах выдавить из себя ни слова, Оксана отбросила злосчастный нож и низко-низко опустила голову. Пульсирующая боль сконцентрировалась в висках. Контроль… уверенность и контроль. Георгий сможет её защитить. Да и с чего она вообще решила, что до сих пор нужна Букрееву? За пять лет он вполне мог переключиться на новую жертву. Наверное…

— Все нормально, Жор.

— Ну, зачем ты меня обманываешь? Каждый раз из себя героя строишь. Кому это нужно?

— А что я должна сделать? Упасть на пол и биться в истерике?

— Это лучше, чем замыкаться и держать все в себе.

— Не думаю, — выдохнула Оксана, с трудом возвращая себе контроль, — ты бы первый сбежал, устрой я истерику.

— Сбежал бы?

Бедин сместился. Убрал руки, стал у стены и как-то странно на неё посмотрел.

— Согласись, что любовница-истеричка — совсем не то, о чем мечтает каждый мужчина, — попыталась сгладить ситуацию Оксана. Она совсем не понимала настроения мужчины, хотя уже вроде бы неплохо научилась его читать.

— Я, Оксан, от тебя не сбежал бы, что бы ты ни сделала.

Жора хотел еще что-то сказать, но она, вконец испугавшись, не позволила.