Мату и Медведю, пока тот не закончит, особенно делать было и нечего. Так, плинтус открутить, чтобы потом заменить линолеум. Впрочем, зазвал друзей он совсем для другого.

— Что еще о ней известно?

— Да так. Ничего интересного. Школа с отличием, университет. У нее, кстати, два диплома. Тридцать шесть лет. Детей нет. В разводе уже пять лет. А до этого была десять лет замужем.

— За тем самым ментом?

— Ага.

— Что ж разбежались?

— А бог его знает. Тихо-мирно разъехались.

— Что-нибудь еще?

— Ничего такого. Живет тихо, не отсвечивает. На работу первая, с работы — последняя.

— Ну, понятно, если тут такие дела творятся.

Матвей поморщился:

— Не думаю, что она в курсе.

— А сидит тут чего?

— А что ей еще делать? Одинокая баба за тридцать? По ночным клубам скакать?

— Если она с кем-то встречается, то ей вроде как есть куда торопиться.

— Не знаю, Мат. Мне кажется, не тянет она на злую ведьму.

— Ну, это ведь проще простого проверить, так?"

"— Проверим. Я, конечно, не думаю, что она станет по рабочему телефону вести беседы с наркоторговцами, но прослушка в кабинете может что-то и дать. Попасть бы туда… — почесал густую бороду Медведь.

— Попадем, когда за малой пойдем. У нас предлог есть. А что камеры? — спросил у Кисы, когда тот выключил краскопульт, чтобы передохнуть.

— Да ничего. Растыканы вроде грамотно. Мне бы доступ к любому компьютеру, подключенному к сетке — работы на пять минут. Все будет.

— А если нет?

— А если нет — вечером придется повозиться. Но лучше бы был — у меня планы.

Матвей взялся за шуруповерт и принялся выкручивать саморезы на плинтусе. Он думал о том, могла ли Волкова действительно не знать о том, что происходит в стенах школы. Все же Медведь отлично разбирался в людях. Лучше всех в их тактической группе. Если к кому-то и нужно было прислушиваться — так это к нему. Мат и прислушивался… Обычно. А теперь даже не знал, как ему быть. Если директриса не в курсе — он терял время, её окучивая. Ну, да… Как же… Терял. Он хотел ее едва ли не больше, чем узнать правду. Признайся, Веселый?

Отпираться бессмысленно. Он полночи провел, о ней фантазируя. Убеждал себя, что это просто такой план… соблазнения. Ну, а что? План — есть план. К этому делу тоже с умом подходить надо. А что в итоге? Пока он пускал слюни, представляя, как будет ее трахать, мечтая о ней… такой стервозной, холодной и знающей себе цену. Пока мечтал о том, как заставит ее кричать, вмиг растеряв всю свою надменность, она… неплохо проводила время с другим.

Шуруповерт соскочил, шляпка самореза сломалась. Черт! Черт! Черт!

— Дай сюда… Ты слишком нервный.

— Нормальный.

— Ага. Так и видно. Сядь, вот… Посиди. Или пойди, поищи класс с компьютером. Слепые зоны вычислил?

— А то как же… — пробормотал Мат, вставая.

— Вот и вали.