«Просто загляну на минуточку, визит вежливости, — уговаривала я себя, — прошло почти два дня, а я прячусь, боюсь навестить собственного мужа». «Которого чуть не погубила», — добавляло мое трепещущее сердце.

— Сантина, я загляну в дом, посмотрю, как чувствует себя Брендон, — навестив на кухне Сантину, стряпавшую ужин, заявила я.

— Конечно, госпожа, — согласилась Сантина и не удержавшись, скосила на меня довольные глаза.

Я тихонько вошла в дом, и с гулко бьющимся сердцем прошмыгнула к заветной двери. Деликатно постучала. За дверью послышалось сопение и чуть-слышный скрип половиц.

— Брендон, лежи не вставай, — крикнула я, — я ненадолго зайду, хочу посмотреть, как ты…

Приоткрыв дверь и сделав шаг внутрь, с визгом отпрянула, вжавшись в стену за своей спиной. Желтыми немигающими глазами на меня смотрел громадный волк. Мы столкнулись с ним взглядом, и волк сделал шаг навстречу ко мне.

— Тише, госпожа, не бойтесь, — в дверном проеме показался Колин, — он никогда не навредит вам.

— Почему он волк, а не человек? — прошептала я.

— В зверином обличье раны затягиваются быстрее, — пояснил Колин. — Я, пожалуй, уйду, не буду вам мешать.

— Не уходите, Колин, — воспротивилась я. Волк почти вплотную приблизился ко мне и сев на задние лапы, потянул носом воздух.

— Колин? — позвала я и оглянулась, окинув взглядом пустой дверной проем.

Взглянув на волка, беззастенчиво разглядывающего меня, я произнесла:

— Надеюсь ты не съешь меня? Я слишком костлявая, тебе точно не понравится, к тому же Сантина что-то вкусное готовит на кухне, не стоит перебивать аппетит.

Волк в ответ довольно фыркнул, ткнулся холодным носом в мою ладонь.

— Хороший волк, — похвалила я и нерешительно дотронулась рукой до мохнатой макушки. Волк довольно заурчал, потерся головой о мою ладонь.

— Нравится, когда тебя гладят? — я улыбнулась, подумав, что волк не так уж и страшен, ведет себя словно самый настоящий домашний пес.

— может тебя за ухом почесать? Знаешь, у меня раньше была собачка, такая забавная. Умела лапу давать и гонялась за палкой. А ты так умеешь? Ой… — я осеклась, внимательно посмотрев на зверя. Интересно, он понимает мою болтовню?

Волк поглядел на меня грустными глазами, и обиженная гримаса застыла на его морде.

— Прости, — я погладила его, забравшись пальцами в густую шерсть, почесала за ушком.

— Как ты? Твои раны сильно болят? — Я гладила волка, ощупывая шерсть пальцами, выискивая следы от пуль. Зверь в ответ шумно вздохнул и слегка заскулил, когда мои пальцы наткнулись на едва затянувшуюся рану, прятавшуюся в густом подшерстке.

— Прости, — прошептала я, заглядывая в желтые звериные глаза, так внимательно наблюдавшие за мной, — мне так жаль.